Книга Третья жизнь, страница 51 – Владимир Батаев

Стюарт получил охотничий нож с гравировкой кабана на лезвии. Он прямо на ходу приладил кожаные ножны себе на пояс. Штука полезная, но вряд ли особо ценная. Ещё, помимо уже упомянутых часов, ему достались маникюрные ножнички, которые он тут же задарил Китти, последовав моему примеру. Последний предмет мог показаться самым полезным. Он походил на старый складной калькулятор, только экран в верхней части был на всю панель, а на нижней вместо кнопок нарисованы буквы греческого алфавита, скорее всего, сенсорные. Один минус — эта штука не включалась и не подавала никаких признаков жизни при нажатии на единственную кнопку сбоку, даже не пикала. То ли наглухо разряжен, но на нём даже разъёма под зарядный кабель нет, не говоря уж про крышку батарейного отсека, то ли просто сломан.

— Наверное, магистры заинтересуются, купят для исследований, — пробормотал Стьюи.

— Я куплю, — предложил я. — Когда получу деньги за Сигил.

— И зачем тебе этот хлам? — удивился «братец». — Пятьдесят серебряков! И это по-родственному.

Хм, а может в нас таки есть еврейская кровь? По отцу, видимо.

— Договорились, — кивнул я. — Но сперва приценимся у магистров, сколько они предложат. Если что, потом перепродам.

— Ладно, сорок, — пошёл на попятную «братец».

Видимо, эти магистры тоже те ещё евреи и больше одного золотого не заплатят.

Китти получила складную металлическую расчёску с зеркальцем в ручке, чему очень радовалась. Ну да, не придётся пятернёй расчёсываться после того, как заночевала в комнате какого-нибудь парня.

Ещё ей достался узкий металлический серебристый наруч — или широкий браслет, тут как посмотреть. Слишком широкий для женской руки, так что она задумалась, кого из нас им одарить в ответ. Но наруч казался нам всем более ценным и полезным предметом, чем пилка или ножнички.

— Должен будешь, — помявшись, всё же отдала она наруч мне.

Мне браслет подошёл в самый раз. Застёгивался он почти таким же «магическим» образом, каким крепились значки на куртку. Застёжка просто прилипла к другому краю. Как я ни тряс рукой, она не отстёгивалась. Но отцепить специально можно было без особого труда.

Третьим предметом стала небольшая металлическая фляжка, помещающаяся в нагрудный карман. Я сперва было заинтересовался ею, но потом решил, что она недостаточно вместительная. Даже если туда спирта налить. А уж под пиво и вовсе курам на смех.

В итоге фляжка отошла в дар Стьюи с тем же напутствием о долге.

Последним предметом стал короткий металлический с виду, но гибкий шнурок. Его длины, пожалуй, хватило бы, чтобы обернуть вокруг шеи. Ну, если концы у этого шнурка тоже примагничиваются, чтобы завязать узел длины точно не хватит. Показывая его, Китти почему-то покраснела и быстро спрятала обратно в карман. Стюарт многозначительно хмыкнул. То ли он в курсе, что это такое и зачем, то ли я не уловил интонацию этого хмыканья. Сам я решил пока промолчать и не задавать глупых вопросов. Тем более мы как раз дошли до «круга перемещения».

На этот раз я заметил перемещение, поскольку мы оказались не в точно таком же коридоре, а в центре просторного круглого холла. Из которого в разные стороны уводили несколько коридоров, помеченных поверху литерами греческого алфавита. Мы направились к проходу, помеченному «Лямбдой». Очевидно, кураторам было интересно заглянуть именно в новый складской отсек, а вот «Альфа» и «Гамма», доставшиеся моим товарищам, особого внимания не удостоились.