Книга Поцелуй скуки, страница 40 – Харитон Мамбурин

— А почему вы не знали про эту знаменитость? Если говорите…

— Во-первых, — протянул я, — Мы Блюстители. Управление Омниполиса не следит за популярными куртизанками, тем более в Магнум Мундусе. Во-вторых, большинство агентов Омниполиса помнит времена мечей и магии так, как будто бы они были позавчера. Мы подсознательно не интересуемся новостями из других городов, попросту воспринимая их как нечто очень и очень отдаленное.

— А в-третьих, Анника, — добавила полудемоница, уже вцепившаяся в бицепс начавшего что-то понимать полутролля, — Любой, кто сует нос в дела Магнум Мундуса, автоматически становится участником игр этого города. Победить в них невозможно. Даже нам.

Подбадривающе кивнув начавшему мычать нечто паническое Шегги, я вышел в этот большой и страшный мир. Правда, вовсе не за тем, чтобы начать розыски истины, эльфов и бывших проституток. На это не было настроения.

Я собирался заработать себе на смертную казнь.

Что запрещено Блюстителю? Очень интересный вопрос, учитывая кто мы и что мы делаем. Напоминаю, что иногда мы уничтожаем миры… так какие же запреты могут быть перед такими существами? В принципе, только один. Злоупотребление служебным положением.

Отыскать филиал ада всегда просто. Вам нужно просто приехать в Магнум Мундус и найти в этом огромном городе район, где живут самые бедные и уязвимые слои населения. Здесь, среди прислуживающим слугам слуг эльфов, нужно просто отыскать невысокое красное здание, сложенное из грубого старого кирпича. На нем будет надпись…

«Банк».

Единственное место в Срединных мирах, где вашу душу возьмут в залог взамен на золото, информацию или… просто так. Если вы за неё боитесь. Что? Не боитесь? Наивный. Это же Магнум Мундус, магический центр Средоточия.

— О, господин Блюститель! — сделала вид, что несказанно обрадовалась моей физиономии краснокожая хрупкая девочка, носящая лишь намек на макияж и такой же, но еще слабее, на одежду, — Чем мы можем быть вам полезны сегодня⁈

Девочка была премиленькая. Чуть повыше Шпильки, куда богаче в формах, но сохраняя, при этом, хрупкую изящность юности. Великолепный вкус для демона. А как мило делает вид, что смущается, услышав комплимент!

— Ладно, шутки в сторону, — не трачу я время, — Мне нужно в Пандемониум. Сейчас.

— Во плоти⁈ — шокировано распахивает глаза демоница.

— Именно так.

— Прошу меня простить! — выполняет она низкий реверанс и даже делает умоляющие глаза, — Но… наши системы не определяют у вас нужное количество валюты для этой операции!

— Я не собирался вам платить, — поднимаю я левую руку, зажигая на поверхности кожи запястья пентаграмму, которой обзавелся довольно давно, — У вас есть кое-что моё, оно было забрано без моего ведома. Я спущусь за этим.

Глаза демона, притворяющегося сексапильной девочкой, вспыхивают оранжевым, отрезая нас с ней от остального мира. Вот мы сидим в маленьком тесном офисе, где поверженные городом лишаются душ (иногда даже временно), а вот мы посреди пустоты. Лимба.

— Мне нужно услышать имя, — голос краснокожей демоницы отдает эхом.

— Только не описайся, когда попробуешь его на вкус, — усмехаюсь я, — Ханапиосса Дедрикадея.

Истинное имя Виолики Радиган, юного демона, как-то раз вверившего свою суть в мои руки. Отдавшуюся мне во владение просто так, лишь в знак доверия, ради защиты и покровительства. Разумеется, такая мелочь как едва родившийся демон, никак бы не смогли впечатлить работницу банка, но вот привкус, ощущение воли того, кто низверг мою родную хату в Преисподнюю — это совсем другой вопрос. Категорически другой.