Книга Щекотка ревности, страница 62 – Харитон Мамбурин

Слушая Цоллерини, я понимал, куда всё движется. Незыблемые скрепы, призванные навечно сохранять Сомнию в одном неизменном состоянии, постепенно расшатываются. Люди, видя свою выгоду в кренящемся порядке, усугубляют это падение. Та же Палетта Акийская ничем не отличается от собственных дворян, хотя, казалось, зачем бы ей вообще это нужно?

Однако, процессы идут не только здесь, они идут везде. Интенсификация политической борьбы обязательно приведет к нестабильности каждого режима, что затем, по мере нарастания конфликтов интересов, выльется…

— В Мировую войну… — прохрипел граф, пуча глаза.

— Именно, — я еще раз приятно улыбнулся ему, — И всё началось триста лет назад, когда мой младший брат, взойдя на престол, каким-то неимоверным чудом смог свалить Орден Летописцев. Отменить, упразднить, запретить… не суть важно, дорогой граф. Насчет Мировой войны, вы, конечно… а, хотя да. Если брать в расчет местные реалии, то война действительно будет мировой, то есть по всему миру.

— Мне нужно написать письмо королеве! — стиснул подлокотники мой занервничавший собеседник.

— Я вас не задерживаю, но ответьте на один последний вопрос, граф. Что стало с моими Королевскими Горничными? — вздохнул я, ожидая услышать, что эту крайне своеобразную организацию герцоги умудрились перекупить.

— Слышал легенды о них, — лишь индифферентно пожал плечами пребывающий не здесь Цоллерини, — но не более. По слухам, они просто исчезли в один прекрасный день, как будто бы их никогда и не было. Павильон Прекрасных Дев остался стоять полностью пустым. Сейчас там у вас школа слуг, но про неё ходят не слишком хорошие слухи.

— Бордель? — весело хмыкнул я. На это мне только кивнули.

Выйдя из графского особняка, я пошёл гулять по городу, совершенно не понимая, чем еще заняться. «Домой», за город, совершенно не хотелось, там царил и будет царить бардак. В центральном дворце было тоже отчаянно нечего делать, сейчас он был похож на скорлупу от ореха. Полностью лишенное какого бы ни было смысла здание. Приблизительно такими же были и резиденции герцогов, которых там, к слову, не было. Не пристало королю болтать с их подданными.

Раздумывая над тем, что я узнал от графа, я медленно шел по Второму кольцу среди трехэтажных домов, в которых квартировали обеспеченные жители Крейзена. Спешить было некуда, оба кота куда-то смылись, явно по своим котячьим делам, так что было бы разумно дать им время вдуть какой-нибудь местной котячьей красотке. Да и здесь было хорошо и тихо, только враждебные взгляды дворников, дворецких и прочих садовников-убийц, ухаживающих за зелеными оградами, сверлили спину. Крейзен очень спокойный город, сонный даже. Во всех моих странствиях я не натыкался ни разу на столицу государства, которая была бы настолько спокойной и вялой, как он.

Ну, это уже временно.

Идущий мне навстречу ловко выпадал из фокуса одного задумчивого вампира, пока не оказался на расстояние метров в десять. Тут-то я, слегка запнувшись о брусчатку, и разглядел здорового поджарого мужика в длинном кожаном плаще нараспашку. На голове у этого кадра была совершенно нехарактерная для местных широкополая кожаная шляпа, а из-под плаща выглядывали не менее кожаные штаны с угадайте-из-чего-сделанными сапогами. Жилетка там тоже была отнюдь не из овечьей шерсти, а вот рубашка, удивительное дело, не кожаная! Зато нестиранная.