Книга Щекотка ревности, страница 55 – Харитон Мамбурин

Далее нужен гонец в капитул ордена Взыскующих, для обсуждения некоторых вещей с комендантом, также я планирую задать в летнем дворце бал (девчонки, отставить визг!), мне потребуются швеи, оркестр, церемониймейстер, фонды, три барда, иллюзионист, представитель рыбацкой артели…

Наведя шухер, я обратил своё внимание на возбудившихся подруг, котов и собак.

— А теперь ваш черед, дорогие мои, — осклабился я, — все дружно стиснули зубами яйца в кулак, вытащили наружу всю свою хитрожопость, и приготовились. Мы идём тащить самую большую репку в мире!

— Чегоооо?!.

Кто бы не задумал со мной играть, а со мной именно играют, не принял во внимание одну маленькую деталь. Я Блюститель. Такие как я крайне неразборчивы в средствах достижения цели. Или разборчивы, тут как посмотреть.

У нас очень богатый выбор.

Как нужно правильно смущать эльфийку-библиотекаршу? Это знание я пронес сквозь бесконечные годы своей службы, потому что без него моя жизнь была бы куда менее интересна. Хотя, возможно, именно из-за Дианель я получил психическую травму, сделавшую меня таким бабником… но не суть. Главное — что я умел к ней приставать и знал ограниченный набор реакций девушки из тех, которыми она реагирует на повседневные раздражители.

Проще говоря, оперативно воспользовавшись моим боевым табором (считать его гаремом я не собираюсь!), я ошеломил невинную голубоглазую блондинку, проведшую уже несколько вечностей между книг, а затем, вовремя подсунув угощение в виде свежего печенья (и выключив специальным жестом всю акустическую атаку от девок, детей, котов и собак), ловко уболтал её ехать с нами в летний дворец, добившись рассеянного согласия. В себя она пришла только когда я уже понес добычу из башни.

Как и всякая правоверная особь женского пола, Дианель затруднилась с выбором, когда ей нужно начинать орать, плеваться и разбрасываться заклинаниями (люди же вокруг!), так что ныть начала только будучи всунутой в карету.

Ульяна дала ей пива.

…

Ладно, не дала. Оглушила трёпом, заболтала и набухала. Причем, это, правда, виделось только со стороны, делала она это испуганно и напряженно, поглядывая на меня, как на врага народа. Не могу её за это винить. Мои планы, они такие… опасненькие.

Летний дворец находился всего в часе езды от города и представлял из себя… дворец, в котором короли Агалорна отдыхали от собственного двора. То есть, мест для придворных тут не было, на постой могли остаться человек двадцать-тридцать, не больше, поэтому можно было как следует оттянуться, не выпадая, при этом, из жизни страны. Куда меньшая площадь, куда большая защищенность. Плюс эльфийка-архимаг, правда, пьяная. И неизвестно, что будет, когда протрезвеет. Либо она будет нас защищать, либо попытается убить, но это куда лучше, чем оставлять её во дворце, где на неё наточены ножи.

— А ты уверен, что на неё? — задумчиво поинтересовалась Ульяна, когда мы, приехав, расположились, выдохнули, и я по-взрослому накидал ей расклады.

— Я тут совершенно ни в чем не уверен, кроме того, что кто-то спокойно пришиб паладина «Взыскующих» посреди улицы, — поморщился я, — этот орден не прощает даже броска говном в окно, а значит сейчас в Крейзене полно вдумчивых господ с мечами, опрашивающих даже последнюю мандавошку на улице, где Тараса пристукнуло камнем с неба. Били его показательно, надежно, наповал. Такая демонстрация мощи и наглости взбесила, считай, всех. Без исключения. Но… ты когда-нибудь видела тупых архимагов?