Книга Щекотка ревности, страница 49 – Харитон Мамбурин

Гоблин мог быть не один.

Он даже сам по себе, в патруле, не мог не подозревать, что за ним по кустам крадётся товарищ, а то и парочка, чтобы слямзить ящера, копье или просто трахнуть отвлеченного ответственным делом дозорного. Здесь, в джунглях З’Врааса, такое в порядке вещей. Поворачиваться задом нельзя ни к кому.

Но этому гоблину повезло, за ним никто не шёл. Относительно, конечно, учитывая измазанный его мозговой жидкостью камень в руках у Анники, но не может же везти во всем? Хорошего понемножку…

Бросив взгляд на брата, угваздавшегося кровью тяжело помирающей зубастой скотины, продолжающей дрыгаться даже несмотря на то, что Шегги почти порвал тварь вдоль, Анника выскользнула из тени, а затем, легко пробежав с десяток шагов, с разбегу прыгнула на пальму, начав по ней взбираться вверх. Импровизированный нож девушка зажала в зубах, ничуть не обращая внимания на странноватый привкус на языке. Он был уже неплохо знаком. Мозг очень даже нажористая штука для здешних мест.

З’враас совершенно, абсолютно беспощаден. Он не прощает ничего. Ни малейшей слабости, ни мельчайшей потери контроля и бдительности, ни крупинки роскоши или расслабленности. Влажность, ядовитые рептилии, огромные насекомые, коварные паразиты, а то и безобидные как овечки твари, защищающие свои логова таким образом, что ты согласен нырнуть в пасть крокодилу, где будет куда безопаснее, чем у них дома… И гоблины. Тысячи их. Вездесущие, прожорливые, жадные и похотливые, невесть каким образом понимающие, как нужно существовать в этом мире несмотря на то, что редко какой из этих зеленокожих доживает до десяти лет.

Сидя на пальме и задумчиво высасывая пойманного здесь же крупного жука, Анника мельком подумала, что попади они втроем в этот ад подготовленными, а не буквально почти голыми и ранеными… то они бы не прожили и двух дней. Точнее, они бы с братом не прожили, а Эмма бы как-нибудь долетела до гор, где должно быть полегче, а потом осталась бы там лет на тысячу. Так что да, повезло. Приспособились, поняв, что для выживания нужно будет делать абсолютно всё.

Может, и сейчас повезет?

Должно…

Сколько они уже тут? Она не помнит. Выживают, питаются разной дрянью, убегают. От кого? От гоблинов. Почему? Потому что эта зеленая орда вместе со своими шаманами наглухо заблокировала портал, а им, Скорчвудам и Старри, хочется домой, в Омниполис. Поэтому с тех пор, как они зализали раны, не имеют ни минуты покоя. Они подбираются — их отгоняют, преследуют, загоняют. Убежав, идут с новой стороны, пытаясь пробраться поближе, разведать, запланировать прорыв. День за днем, ночь за ночью. Всё время. Не теряя ни минуты, ни калории зря.

Внизу Шегги уже доедал ящера, почти не обратив внимания на скользнувшую ему на плечо сестру, хоть и вымазанную в грязи с головы до ног, но голую как в день своего рождения. Они все ходили голыми. Никакой одежды. Если твоей кожи что-то касается, ты должен моментально распознать это прикосновение, пока в тебя не отложили личинок, не начинили ядом или не оставили пахучую метку для хозяина-хищника.

— Ну как? — очень тихо шепнул Шеггард Скорчвуд, пригоршней снимая с тонкой кости мясо служащей ему обедом твари и протягивая угощение сестре, тут же схватившей полоску кровоточащего продукта.