Книга Щекотка ревности, страница 114 – Харитон Мамбурин

— Как будто ты не идешь, — фыркнула Виолика, скармливая кусок вяленого мяса машущему около них крыльями коту, — Прекрати свистеть, подруга. Сожми зубами яйца в кулак.

Вот она, моя девочка!

— Дуры, — сдалась Ульяна, хватаясь за волосы, — Мы все — конченные дуры! Под управлением идиота!

— Сейчас по жопе дам, — отозвался я, — Пошли уже. Кажется, меня слишком долго уже ждут.

Чем хорош такой густой, темный и зловещий лес, так это тем, что я могу снять капюшон и нахлобучить клевую кожаную шляпу Законника, давным-давно отнятую у этого придурка. Теперь вот действительно круто, в шляпе-то. По лесу идёт король-вампир-детектив, в руках у него королевский клинок, позади пара лошадей с женщинами и детьми, а на голове шляпа! В капюшоне было бы совсем не торт.

— Какой странный лес… — задумчиво пробормотала через полчаса неспешного продвижения вперед демонетка, — … как будто бы мертвый. Ни птиц, ни зверей, ничего не слышно.

— Но он не страшный, — кивнула ей Мыш, — Просто никакой. Конрад, что это?

— Тут всё в гибернации, — отозвался я, чутко прислушиваясь к любым звукам, — Это малый эльфийский лес, который… бросили. Оставили. Такие леса выращивают знатные эльфы, которые по каким-то причинам решили жить либо одни, либо небольшой семьей. Когда они куда-нибудь уходят на время, то лес становится вот таким. Птицы не поют, деревья не растут, травы нет, жрать зверюшкам-пичужкам нечего, а ручьи лес прячет, они продолжают питать деревья, но и только. Получается вот такая вот зона застывшего времени, которая проснется лишь если вернется хозяин, либо если придут лесорубы. Последним я не завидую. Вы, скорее всего, уже догадались, кому может принадлежать лес, да?

— Ей⁈ — пораженно хрюкнула Ульяна, — Дианель?

— Скорее всего, — пожал я плечами, — Вряд ли бы она стала меня тащить в другой лес. Убила бы прямо в городе, или прямо на троне.

Или на себе. Тоже вариант. Кстати, я бы его предпочел! Но не в начале, сами понимаете. Под финал. Или после финала? Как правильно?

Мысли скакали с одного на другое, пока я шёл перед двумя лошадьми в темном лесу. Из-за меча в руках чувствовал себя дураком, из-за чужой шляпы придурком, ну а про то, что тащу беззащитных девчонок прямиком в засаду…

Вынырнувший из-за деревьев высокий особняк, мрачный, торжественный и ни разу не подгнивший, чуть не ударил меня по носу.

— Вот мы и пришли, — оповестил я всех, кто мог услышать.

— А где… — протянул озадаченный голос Мыши из-за моей спины, но услышать окончания вопроса я не смог. От черной стены особняка, возле которой я стоял, внезапно грянул порыв сильного ветра. Настолько сильного, что я прикрыл глаза рукой, а когда убрал её, то был уже внутри этого дома. Один.

Тем не менее, не окружающая обстановка и не внезапное одиночество привлекли мое внимание в первую очередь, этим самым первым был запах того ветра, что ударил мне в лицо. Очень насыщенный аромат океана, с его нотками йода, гниющих водорослей, вечернего бриза… с глубинным намеком на шторм. Еле-еле различимым, но чем больше ты уделяешь внимания оставшемуся на языке привкусу, тем сильнее понимаешь, что шторм будет.

Я знал, что означает этот запах. Кто-то, скорее всего сама Дианель, только что сняла с этого дома, а может быть даже и леса, очень сильный гиас. Древнюю магию, относящуюся к сидам и эльфам, заклятие, способное изменить даже законы мира… в некоторых пределах.