Книга Шлепок гнева, страница 92 – Харитон Мамбурин

— Ни ссы, гоблофолк, — задрав голову, я ухмыльнулся слегка встревоженному работнику магии и портала, — Ничего мы с тобой не нарушим. Ну, я не нарушу, а ты немножко.

Роксолана была настоящей легендой среди ведьм. Тетка умела проклинать всё, абсолютно всё. Комаров, мух, дурную болезнь, чужое проклятие, родовую порчу, врожденные и приобретенные болячки. Она была докой в черной магии, не гнушаясь ни добрыми, ни мерзкими вещами. Отнюдь не зря, кстати. Ведьме, живущей в таком бедном на магию месте, требуются очень ценные ресурсы, на которые нужно как-то заработать. Абортами у совсем уж дур, не поставивших себе клеймо, много не заработаешь, как и снятием проклятий, так что орчанка знала глубины глубин темнейшей магии настолько хорошо, что вон, присланный из Магнум Мундуса эльф сделал стойку на её призрачную жопу.

Да, плохая, то есть нехорошая женщина была эта ваша Роксолана, что, в принципе, неважно, потому что она была великой.

Только вот, чем она точно не была — так это Блюстителем.

— Только не говори, что мне потом всё это оттирать… — простонал Лиго, глядя, как я убористо покрываю знаками гладкие серые стены, то и дело выкидывая опустевшие маркеры на пол.

— А что, ты зал убираешь, что ли? — удивился я, продолжая хулиганить.

— Нет, но заставят же.

— Пф, не говори ерунды. Просто уборщиц позовешь.

Тут в общий зал ворвалась Ульяна. Бывшая секретарша Старри деловито пыхтела, таща бинты, вату, колбочку со спиртом…

— Ульяна, зачем? — недоуменно поинтересовался я.

— Ну ты же…, — запыхалась гоблинша, — Ну я же…

— Я вампир, зеленая. Когда надо, я могу контролировать кровь. Ничего не будет. Дай мне три минуты и приступим.

— Б-б-боюсь! — пищит гоблинша, пробуя пальчиком выдвижной нож для бумаг.

— Кого? Меня, что ли? — удивляюсь я.

— Эй, вы чего удумали? — вновь настораживается Лиго.

— Да сиди ты, — машу на него рукой с маркером, — Вон, гладь котов. Кстати, правый тебя грабит на жрачку.

— Эй!!! Отдай котлету!!

Когда Ульяна, ругаясь себе под нос, начинает вырезать ножом символы на моей коже, шутки и перебранки стихают. Вообще тихо становится, только призрак Роксоланы, вылезающий из кошачьих глаз каждый час мерно отмеривает время. По истечению второго часа Лиго отнимает нож у уставшей гоблинши и занимает её место. Обещаю ему за это минимум два ящика пива.

— Давай один ящик, но объясни, что ты тут делаешь, Конрад, — бурчит Лиго, тщательно проводя лезвием ножа по моей не кровоточащей плоти, — Я же тебя знаю, только закончишь и убежишь, а мне тут отдуваться.

— Нам отдуваться, — гладящая котов Ульяна готова грудью встать на защиту маленького чахлого Лиго. Видимо, не просто так. Ну наивно же считать, что эта молодая, бодрая, полная сил и скуки гоблинша ждёт своего ненаглядного вампира день изо дня, блюдя себя в строгости и чистоте между его случайными заездами.

Но мы об этом молчим, мы же приличные разумные?

— Бабку призрачную слышали? Осталось меньше часа. Потом, по истечению этого времени, скорее всего от котов, меня шарахнет проклятием гроссмейстерского уровня, — не стал плодить секретность я, — Каляки на стенах призваны изолировать здание от паразитных энергий, а знаки, что вы выписали на мне, увеличивают мою проводимость этих самых энергий. Лиго открывает портал, Конрад наполовину проходит в Нижний мир, проклятие бьет Конрада, Нижний мир тут же вытягивает всю магию в себя. И растворяет. Все живы, все счастливы.