Книга Шлепок гнева, страница 41 – Харитон Мамбурин

— Что, даже я?

Мы все, включая рэтчедов, Мыш, полуэльфов и троллей, в немом удивлении воззрились на сказанувшего это Гарру. Тот с вызовом вытер рукавом сопли, неожиданно потекшие из носа, и с явной претензией выдал:

— А⁈

Мыш нам попалась наглая.

— Ну и шо? Шо вы мне тут? — бурчала с вызовом деваха, будучи запертой со мной в тесном пространстве комнаты допроса, — Что хотели? За что задержали? А⁈

Я еще раз очень внимательно осмотрел развалившуюся на стуле полукровку. Не только осмотрел. Глаза — это очень хорошо, но нос тоже может рассказать о многих интересных вещах. Он и рассказывал.

А еще она меня не боялась. Определенная доля страха и нервозности была, куда ж без этого, но как хищника меня эта фигуристая разбитная полукрыса ни грамма не боялась. Это тоже о многом, очень многом говорило. Настолько, что я решил начать выкладывать карты на стол.

— Так вот, Мыш…

— Меня зовут Ассоль! — фыркнула деваха, нервно свивая свой достопримечательный хвост кольцами, — Ассоль! Лаудберг!

— Что, даже документы есть? Паспорт? Прописка? — точно бил я по очевидному и вероятному.

— А тебе какое дело⁈ — крысилась полурэтчед, — Предъяви, за что взяли!

— Я Блюститель, это Управление Магнум Мундуса. Тебя взяли в логове врагов Объединенных Миров, милая. И вменяют сотрудничество с ними. Улавливаешь, куда ветер дует?

Уловила моментально, но решила еще порыпаться. Терять на это время я не хотел.

— Знаешь, в чем твоя главная проблема, Мыш? Ты не воняешь, — шлепнулся я на стул напротив чуть вздрогнувшей девахи, — Поняла? Не воняешь.

— Я моюсь каждый день! — почти отчеканила та, — За это не сажают!

— Вообще ничего насчет тюремного заключения не говорил, — удивился я, — Если вина будет доказана, то тебя убьют. А она будет доказана, особенно если я уйду отсюда расстроенным. Нет, не смотри на меня так, я тебе не угрожаю, совсем. Просто… ты и твои приятели — не моё дело, я вообще не работаю на постоянной основе. Случайно там у вас оказался. Но при этом я полноправный Блюститель и в данный момент могу вести дело. Сечешь? Поясню — либо его веду я, либо через два-три дня за него возьмется моя начальница, выйдя из больницы. Я тебе даю слово вампира, что с ней сотрудничать тебе не понравится. Ты полурэтчед, а она полудемон. Сама понимаешь, что будет.

Девчонка побледнела до белизны, аж задышав судорожно. Демоны хоть и презирают смертных, но кое-как дела с ними ведут. Но не с рэтчедами. Эту полуразумную расу они считают грязью и просто выжигают.

— Вернемся к запаху, Мыш. Я вампир, у меня довольно острый нюх. Прекрасно знаю, как смердят рэтчеды. Как ты его не мой, как не купай, запах останется. Твои сородичи жрут всякую дрянь, часть из неё токсична, часть вообще является ядом. Плесень и грибы, что вы выращиваете в своих подземных логовах, тоже дают определенные устойчивые нотки в ваш запах. Ты, судя по всему, знаменитым крысиным нюхом похвастать не можешь, так что придётся верить мне на слово. Так вот, Мыш — я чую бабу…

Надо лучше выбирать слова, так как теперь деваха закрывалась от меня руками и дрожала нижней губой. Глаза какающего суслика изобразила еще талантливее чем Алиса.

— Я имел в виду, что чую твой запах, только и всего, — закатил я глаза, — Ты всю жизнь нормально питалась! Сбалансированной пищей, которую жрут все нормальные разумные! Немыслимая роскошь для рэтчеда. Невероятная. Теперь суммируем — твоё племя тебя не сожрало, когда ты родилась. Вместо этого тебя опекали и шикарно кормили. В твоей комнате мы обнаружили телевизор, море книг, магнитофон, кассеты. Ты жила лучше, чем королева стаи. Чем любая королева стаи. У тебя прекрасная дикция, ты ведешь себя как разумный, получивший образование и опыт общения с…не рэтчедами. Мне продолжать?