Книга Шлепок гнева, страница 123 – Харитон Мамбурин

Не только ручное оружие. На колоннадах были установлены и пушки очень внушительного калибра. Также я увидел огнеметы, готовые к броску колбы с тягучим синим содержимым, несколько автоматов, а также целый ряд пеппербоксов — многоствольных залповых систем, каждая из которых могла бы превратить всё пространство перед порталом в мешанину стали и мяса за один выстрел.

Как оказалось, тут было не только оружие. Едва я успел прижать к себе ойкнувшую птенца, как в нас с ней бабахнули ядрено-синей молнией. Та, выпущенная из аппарата, напоминающего противоестественную смесь огнемета с ранцем, микроволновки, самогонного бака и карданного вала, вместо того чтобы поджарить нас, внезапно расплылась в идеально круглую прозрачную сферу, накрывшую обоих.

— Это просто изоляция, Конрад, — Заккери пошатывался, пьяно улыбаясь, — Просто… изоляция. Вам придётся… потерпеть. За вами придут. Позже.

— Мы потерпим, — пообещал я ему, садясь на пол и усаживая себе на колени Алису, — Потерпим…

Что еще остается?

Все терпят.

Остальным «иммигрантам» приходилось куда хуже, чем нам. Молодцеватые серьезные человеки в военной форме, взяв всё стадо перебежчиков под прицелы, сноровисто разбирали одного за другим. Поймать, обезвредить, раздеть догола, отправить к докторам в дальний угол ощетинившегося оружием зала, где ощупанного и голого ждут унизительные процедуры, каким я уже разок подверг Зелиссу. Канадианцы очень неторопливо и предельно тщательно искали у своих «гостей» внедрения. Ампулы с вирусами и ядами, нечто подобное, догадался я.

Ну, это надолго.

— А мы что, так и будем сидеть? Если надолго? — вяло и жалобно удивилась Тарасова, ерзая задом у меня на бедрах, — Я писать хочу…

— Потерпи, — вздохнул я, — Ты ж вампир.

— Я очень грустный вампир…

— У тебя бомба снаружи, а у меня внутри, — пригрозил я, — можно сделать так, что обе окажутся внутри. Терпи.

Еще не хватало, сидеть в луже на глазах у придурка, продолжающего лупить в окружающую нас сферу своей синей молнией. И это я про остальных зрителей молчу, которых тут большой переизбыток. За нами наблюдают сотни глаз, нервы у солдат напряжены до предела, несмотря на то что одна отдельная группа стоит прямо у портала, а к тому медленно движутся две вертикально стоящие стальные плиты, установленные на рельсах. Блокировать портал нельзя, но затруднить возможный прорыв с той стороны — легко.

А ведь ворваться могут далеко не человеки.

Вся инсталляция защиты, установленная здесь, выглядела чрезвычайно внушительно… с точки зрения Алисы. Но ворвись сюда хотя бы Ваккуш, люди бы быстро поняли, что их пушки и огнеметы — всего лишь шутка. Средства, сдерживавшие Омниполис от вторжения, у Канадиума были другого рода, вроде той ретрофутуристической фигни, которая нас сейчас удерживала в изоляции.

— Конрад, ты сильно на нас злишься? — неуверенно спросила рыжая вампиресса.

— Да безумно, — со вздохом признался я, — Ладно еще Шегги и Анника… хотя нет, не ладно. Они накосячили невероятно, что один, что другая. Ну и ты тоже сглупила редкостно.

— Мы…

— Вы не отнеслись ни к чему серьезно, Алиса. Вообще ни к чему, — перебил я мычание девушки, — В результате что? В городе катастрофа, мы в плену, а Шегги с Анникой… ну, наверное, с ними ничего не будет. Точнее, проживут как-нибудь сами.