Книга Укус Милосердия, страница 41 – Харитон Мамбурин

— Смотри, что предлагаю, — озвучил я прилетевшей, как на крыльях у любви, полуэльфийке, — Я плачу тебе в месяц в полтора раза больше звона, чем ты вывозила из Гильдии, пока ты справляешься с мелкой помощью мне, Алисе и брату. Сделка действует, пока у меня не кончатся деньги. Любой крупняк, в смысле если чего мне свалится на руку, оговаривается с тобой отдельно, оплачивается отдельно. С подработками на стороне, если ты их найдешь, я проблем не увижу. Никакого кидалова, все по чесноку. Идёт?

— Конечно! По рукам! — под вялый крик из подвала о «предательницах», Шпилька тут же сунула свою маленькую руку в мою ладонь… не слушая предупредительных покашливаний брата, а вместо этого обернувшись и радостно вопя Тарасовой нечто вроде «прости, подруга, но жизнь прожить — не в тапок пёрнуть, надо уметь ловить момент!»

— Вот и забились, — тут же осклабился я, — Кстати, если что, ты только что обнимала и утешала маленькую наивную и уязвимую девочку… с зарплатой вампира-Блюстителя. И она ведь ничегошеньки-то не знает о ценах в городе. Да и в помощнице нуждалась просто невероятно!

Тишина была мертвой несмотря на злорадное волчье поскуливание с дивана. В широко раскрытых глазах Анники в даль, в сторону загадочного и насыщенного цветами заката, маршировало Эльдорадо, тряся своими старыми гористыми тряхомудиями, с которых, весело звеня, сыпались очень маленькие золотые самородки.

— Конрад, ты скотина… — Шегги произнес это с глубоким убеждением искренне уверовавшего человека. Может быть, даже гнома.

— А если подумать? — обернулся я к полутроллю.

— Если подумать, то не скотина, — покивал тот, — Совсем даже. Но сволочь, всё равно, просто жуткая.

— Мне срочно нужна помощница! — злобно и торжествующе гавкнула Алиса, из голоса которой тоже как по волшебству пропали все плаксивые нотки, — Анника! Нам нужно дособрать сервер! Неси отвертки!

— Ладно, а теперь последнее доброе дело на сегодня, — встав, я открыл холодильник, достав оттуда еле запиханный ранее шмат мяса килограмма на четыре. С ним я и отправился к страдающему представителю шерстяных собакоголовов.

— Я не могу… — с видом отдающего концы простонал худеющий волк. В его глазах была вселенская печаль.

— Поднять ногУ! — передразнил его я, протягивая руку по направлению к Гарру, — El’Snorrds’Ev-vaal! Kilnm!

Волчер явно имел что-то против кроваво-красных пентаграмм, которые к нему протягивают вампиры, а может быть, просто имел проблемы с доверием, но сотворить что-то осмысленное ему стало не судьба — мужик выпучил глаза, зашкворчал желудком, застонал, а затем принялся вяло содрогаться, бурчать и фырчать. Через несколько секунд он заклокотал глоткой и носом, откуда полезла черно-красная жидкость длинными ниточками, принявшимися собираться перед пентаграммой в клубок. Такой поворот событий вызвал в волчере повышенную тревогу и жажду сопротивления, но как только я чуток повращал руку с пентаграммой, обратная волна, связывающая кровь, устроила в организме бедолаги нечто вроде бури в стакане, от чего тот моментально потерял все силы к сопротивлению. Это и позволило мне до конца вытянуть всю свою собственную кровушку, отравлявшую организм этого шерстяного паразита.

— Еда… — волчара, изнемождено валяющийся на диване, открыл пасть и пустил слюну, кося диким взглядом на кусок мяса, удерживаемый мной.