Книга Дурацкий расклад, страница 117 – Харитон Мамбурин

Смотрим, ждём, оцениваем… Что-то делать до того, как проявят себя вражеские неосапы или пока майор такой весь неповрежденный, мне как-то не хочется. Может я и заставил его драться шантажом, но Кузьмич же не дурак, понимает, что опасность его дочери исходит, преимущественно, только от меня… На самом деле. Все заинтересованные стороны уже в курсе, что он свою скрипку отыграл.

Майора уже пытались убить всем составом. Море раскаленного свинца с нескольких десятков стволов буквально вдалбливало рычащего железного человека в рыхлую землю, разрывы гранат и мин поднимали целую кучу пыли и кусков земли в воздух, но что-то мне подсказывало, что майору, чтобы исправить положение, нужна лишь точка опоры…

Так и случилось. Видимо, под ногу майору таки попала твердая каменистая поверхность, от чего он тут же взвился в воздух, выпрыгивая из огневой западни на зависть низколетящим бегемотам. А потом он взялся за людей всерьез.

Первым делом Кузьмич наладился ко мне в гости. Положив свой металлический хер на обычных автоматчиков, он залетел на географическую возвышенность гордым соколом, после чего начал играть в царя горы, судя по разорванным останкам тех снайперов, что долбили в него из слоновьего калибра, заодно он откопал там где-то легкие противовоздушные пушки, которыми начал довольно метко швыряться вниз со страшной силой по выжившим. Устроив хаос и разор, но определенно не желая покидать удобную для проведения боевых действий область, дядя Валера перешёл на сбор и использование камней, демонстрируя, что не только я могу из кирпича организовать пушечный снаряд.

Веселился мой оловянный солдатик от всей своей потерявшей тормоза души, но недолго, потому как гора представляет себя отличный ориентир, по которому артиллерия может отработать на удивление быстро. Она и отработала, сгоняя испуганно матерящегося гэбиста вниз, к подножию. Только вот там, удачно спрятавшись от обстрела и по-прежнему находясь на твердой почве, Радин и устроил дальнейший обстрел камнями начавших поспешно отступать человеков. Много он не убил, всего… десятка три, наверное? …но этого хватило.

Пришли взрослые дяди.

В Радина, которого я даже мог частично видеть со своего насеста, полетел хлам, собираемый невидимым пока что телекинетиком со всего бывшего поля боя. Машины, автоматы, куски тел и целые трупы, целы кубы земли, всё это буквально швырялось в металлического человека, оперативно хороня под своей массой. Телекинетик был откровенно мощным, но с предметами работал последовательно. Благо их у него было много…

Только вот майор его, в отличие от меня, как-то увидел. Из кучи хлама вынеслось в длинном мощном прыжке тело и… зависло приблизительно посередине устроенного им безобразия. Совсем зависло, став совершенно беспомощным. Плохо.

Рассмотрев своего невольного «союзника», я смог увидеть, что майору всё-таки досталось. На его теле были неглубокие вмятины, демонстрирующие места, куда умудрились попасть снайпера, глубокие царапины не пойми от чего, а еще он лишился большей части своих металлических волос. Тем не менее, сказать, что Кузьмич выглядит жалко, язык бы не повернулся. Наоборот, раздухарившийся гэбист производил впечатление бодрое и злое. Правда, громко завопив, когда некая посторонняя сила начала выкручивать ему руку.