Книга По сложной прямой, страница 75 – Харитон Мамбурин

Это, конечно, ей не понравилось, но кивнула, признавая за мной право на подобный жест в сторону любимой кровиночки. Не то чтобы я даже злопыхал, чувства матери логике не поддаются, а уж если ребенок с её точки зрения страдает от эмоциональной инвалидности, так вообще тушите свет, сливайте воду, нужно помочь. Как и всегда у этих мамаш. Ну ведь простой выход из ситуации: нарожай побольше, не будешь так трястись над единственным… но мы неосапы. Мы так не можем.

Вскоре, мы были на месте. Выйдя из машины на заснеженном пятачке между девятиэтажек, я с удивлением поводил жалом: кроме меня, Окалины и выползшего из-за руля громилы по имени Сергей, рядом никого не было. Нелла Аркадьевна, накидывая плащ, кивнула своему водиле, который тут же полез в багажник, добыв оттуда связку наручников.

— Эээ…, — покрутил я головой по одинокой заснеженной пустоши, из которой торчали голые ветви кустов, турники, да пара скамеек.

— Что, Изотов? — почти усталым тоном вопросила воздух Окалина.

— А где все? — спросил я, имея в виду полное отсутствие здоровых злых мужиков при оружии и в бронежилетах.

— Вы с Сергеем за них, — хмыкнула Нелла Аркадьевна, закуривая, — Он наводит шухер, ты их роняешь на выходе. Я наслаждаюсь зрелищем, оцениваю и делаю выводы.

— Я, вообще-то, учусь на программиста…, — проворчал я для порядка, топая за медведисто переваливающимся с ноги на ногу Сергеем.

— Когда я была маленькой и глупой, прямо как ты, Изотов, то я в свои четыре года хотела рисовать мультики, — донеслось мне в спину неожиданно ехидное.

Вот и родись могущественным мутантом, понимаешь. Хрен тебе дадут отсидеться. Или просто хотя бы спокойно получать такую маленькую, но родную зарплату.

Металлическая дверь полуподвала ноги Сереги не сдержала, с лютым визгом смявшись и соскочив с петель. В этот же момент водитель исчез во тьме, чем-то напомнив мне учуявшего крысу терьера. Ничего не оставалось как нырнуть за ним, тут же наткнувшись на сползающего по стенке крепкого мужика с косящими друг на друга глазами. Схватив его, я развернул типа к себе, несильно стукнул пару раз по пузу на всякий случай, а затем уронил на пол, тут же смазывая ему пятки особо вязкой слизью. Следующими я обработал кисти мужика с двух сторон, превращая его на два часа в существо, способно передвигаться строго в коленно-локтевой позиции.

Ну а потом уже пришёл черед наручников. Оценив мои действия, майор хмыкнула, а потом отправила вслед за веселящимся внутри Сергеем, сказав, что так и быть, покараулит вход.

Тот особо много работы мне не оставил. В притоне, точнее на сортировочной станции, было два фасовщика, один начальник, три дурака охраны-грузчиков и один отсыпающийся на кушетке пушер женского пола, который, видимо, подрабатывал ночной бабочкой. Половина этого народа ко времени, когда я добрался до Сергея, уже пребывали в состоянии сильной ушибленности, паники и ужаса, что вовсе не помешало одному из фасовщиков, одетого прямо в рабочий фартук и целлофановые нарукавники, достать нож. Недолго думая, я засандалил гаду связкой наручников по голове, затем пнул по яйцам второго, желавшего убежать к Окалине, после чего приступил уже к своей фасовке. Провести лапами по рукам, смазать подошвы ботинок, надеть наручники — всё, человек готов к транспортировке.