Книга По сложной прямой, страница 54 – Харитон Мамбурин

— Всё, до свиданья, Галкина, — поднимаюсь я со скамеечки, — Ты сама себе проблем нажила, на ровном месте, причем. Хотя, наверное, прощай.

И ухожу. Грустно, конечно же, мир не совершенен нифига. Комсорг должен ездить по мозгам молодежи, а не быть общупываем за сраку и сиськи ради имиджа внедренца в криминалитет. Политрук должен политручить, а не пытаться изображать из себя профессора Мориарти на кокаине. Учебное заведение должно учить, а не быть вот этим вот всем. Про себя вообще молчу. Витя — хороший мальчик, он должен учиться, потом программировать, получать дипломы, драть студенток, пить вино и… всё остальное, а вовсе не кидаться каменными плитами в иностранных спецагентов, пришедших по его душу.

Подойдя к общежитию, я увидел несколько жильцов во главе с Цао Сюин, наблюдающих за заселением «призраков». Точнее, за грузчиками, заносящими в общагу книги. Много книг. Очень много книг. Скорее бы уже планшеты и цифровые копии книжек.

— Викусик, — подойдя к трехметровой 15-летней девочке, тоже наблюдающей за всем этим движем, я обнял её за шубу в районе середины бедёр, прижавшись маской к девичьей ноге.

— В-витя? — слегка обескураженно пролепетала девочка, не определившая дружественную плоскость моих поползновений.

— Запомни, Викусик, — внушительно проговорил я, рассматривая потеющих пыхтящих мужиков, таскающих литературу большими стопками, — Сексуальное образование — это очень важно. Не затягивай с ним. Не запускай его. Оно очень… очень… важ…

Тут мне, конечно, прилетел зверский лещ от комендантши, но не зря же я зафиксировался?

— Мне бы ваши проблемы, баба Цао…, — горько вздохнул я, отцепляясь от Викусика и продолжая дорогу домой. Мне вслед глядели две очень удивленные женщины. Одна, правда, была красной как маков цвет.

Призраки, собранные со всего СССР и за его пределами — фигня вопрос. Мне с ними не детей крестить. Будут жить себе над головой, да и фиг бы с ними, на самом-то деле. А вот та, которая за них отвечать будет — вопрос другого порядка. И где эта мелкая гадина сейчас находится? А… вот где.

От двери, ведущей в апартаменты Янлинь, неслись звуки двух знакомящихся «чистых» девушек, склонных к беспорядочным и гиперактивным половым связям. Быстро и тихо отбежав из опасной зоны, я поехал на лифте к себе. Вид голой Юльки, мирно и тихо читающей книгу на канделябре, чуть не заставил прослезиться от умиления. Может быть, в том СССР, самый краешек которого я когда-то застал, секса не было, но здесь его как-то чересчур даже на мой вкус.

Нет, я понимаю, что секс, в принципе, одна из немногих радостей для молодых и буйных неосапов, но хотелось бы держаться от всего этого многобезобразия подальше. Одна условно-нормальная девочка, один условно-нормальный я, через день там или два… разве я многого прошу? Зачем мне идеальная полупрозрачная блондинка, демонстрирующая свои формы, когда точно знаю, что у нее ни нервных окончаний, ни центра удовольствия, ни точки Гэ, а только извращенное любопытство энергетической проекции, обремененной воспоминаниями плоти?

Грустно вздохнув и смирившись с реальностью, я, включив вытяжку, взялся за приготовление гренок. Порезать хлеб на ломти, взбить яйца, добавив в них немного соли, натереть сыр в совершенно транжирских количествах… красиво жрать не запретишь! Затем мы делим взбитую яичную массу на две части, в одну из которых сыпем тертый сыр. Эта густая клейкая масса станет великолепно поджаренной «шапочкой» на наших гренках, а вот во второй половине мы будет смачивать хлебцы перед тем, как кинуть их на сковородку. Очень вкусно получится.