Онлайн книга «Выход воспрещен»
|
Правда была нелегкой, но принять её удалось без особых рефлексий. Я с голой жопой незнамо где, добраться хоть как-то до фиксирующих мой экзоскелет креплений невозможно, маячок сняли, значит, подмоги не будет. Дернувшись тихонько пару раз, я понял, что зафиксирован далеко не в четырех точках, а куда больше. Вывод? В данных обстоятельствах я бессилен, а проявлять дальнейшую активность вредно. Надо отдаться кайфу назад, но не до конца. И смотреть по обстоятельствам. Расслабившись, я закрыл глаза, начав потихоньку уплывать от вновь набирающих силу ощущений. Когда вот-вот должен был наступить порог полной нирваны, задержался в полудрёме. К собственному вялому удивлению, минут через 10 понял, что возвращаться назад ни один из курильщиков не спешит. Видимо, призрачные лица их вконец задолбали. А ведь Нина Валерьевна была права… тех гавриков, что я накрыл в подземелье, очень серьезно прессануло по сознанию кошмарами, но адекватными они остались. Слегка поломанными, но адекватными. Всё всех и сдали… Хорошие у меня карьерные перспективы. А главное, делать ничего не надо. Плюс учусь на удобную профессию, программирование. Здесь у нас не там, программисты не кодят с мокрой жопой, чувствующей приближение дедлайна, тут они пока работают не торопясь, вдумчиво… — Я вас на куски порежу, ушлепки! Совсем страх потеряли, дегенераты?! — еще один хриплый голос. Человека мучает одышка. За его спиной невразумительно блеют охранники, обвиняя бесчувственного меня во всех смертных грехах и ужасах, но начальник, тот самый пресловутый Отчим, их не слушает. Вместо этого, он, совсем не стесняясь в громкости голоса, объявляет, что оба идиота теперь не то, что ничего не получат, но еще и торчат ему лично по паре сотен. Но по старой памяти, так уж и быть, счетчик Отчим включит завтра. Дегенераты воют, но жалобно. Мне достается легкий удар по роже. Затем еще один. Голова исправно мотается, я расслаблен полностью. В голову не допускается множество разного, варящегося в подсознании. К примеру, что неосапианты ну очень уж опасны, поэтому, когда их захватывают доблестные наши или отвратительные подлые чужие, считается правилом хорошего логического тона провести добыче травматическую ампутацию. Ног, рук, хотя бы пальцев. Если вариант перевербовки не вариант. А я целенький. Босс уходит. Хороший статус-кво. Надо хранить и беречь. Мне очень нужно, чтобы хоть на секунду отключили КАПНИМ. Находясь в сознании лишь самым краешком, я безвольно валялся на своем ложе. Два ухаря, которым устно выкрутили яйца чуть ли не до щелчка, стояли в комнате, но на меня не смотрели совсем, опасаясь за свою ценную психику. В таком случае можно было бы изобразить что-то из Джеймса Бонда, либо поискать в себе великую скрытую силу, которая освободит внутренние резервы, согнув нафиг титан костюма-ограничителя, но что-то мне рисковать не хотелось. А вдруг найду? Представьте себе, представьте себе, возьму и вдруг найду? И так кошмар ходячий, а стану неограниченным? Тут хоть надежда есть… и желание узнать, что вообще происходит. Вот под такие веселые мысли я таки не удержал руля у сознания, уплыв нафиг в страну розовых пони под угрюмый говорок двух быдл. Очнулся, когда уже куда-то катили на носилках. По голосам определил, что народа вокруг куда больше, лязгают они скорее всего оружием, но на меня стараются не коситься, чему виной две сердобольные быдлы, жалующиеся окружающим. Тот самый пресловутый Отчим, шлюхаясь где-то рядом со мной, вовсю угнетает словесно всех подряд, щедро и нервно раздавая обещания по натягиванию глаз на жопы, лишения премий и зарплат, а также и вовсе кар небесных, если присутствующие «не впечатлят сраных поляков». |