Онлайн книга «Справедливая гордыня»
|
— Спокойствие, граждане оборотни! Мы не дадим ей причинить вам вред! Эта простая фраза каким-то образом задела единственный пыльный нейрон, волею судьбы забытый в пустой кладовке под названием «голова Рюуки Какаротто». Взгляд лисицы наполнился ужасом, а она сама, схватив себя за острые мохнатые уши, выглядывающие из прически, громко завыла от больших жизненных огорчений. Или прозрений. Мы с Матильдой, косясь на бодибилдершу, вовсю шпиговали лежачую мамашу исцелениями. А затем началась самая настоящая свистопляска. Рюука орёт, старик скрипит, Тами заливисто матерится, гладя по чему попало облепивших её младших отпрысков Какаротто, маман приходит в себя… в утешающих объятиях Матильды, которые слегка менее невинны, чем внешний вид жрицы. Упрекнуть блондинку я не могу, потому как мама, имеющая, кстати, имя Мика, от дочери по внешности отличается в куда лучшую сторону, будучи самой настоящей писаной красавицей, так еще и с грудью, представляющей из себя большое мягкое богатство, а не два упругих, почти твердых бугра, как у дочери. Брр… отвлекся. В общем, все орут, все кричат, а подходящие все ближе и ближе деревенские кицуне, очень хорошо расслышавшие мое обещание защиты, начинают уже орать на Рюуку, перечисляя те горести и обиды, что им раньше мешала перечислить банальная любовь к жизни. А ларчик открывался проще простого, как оказалось. Все представители этого племени были… слабыми! И, разумеется, в том числе и из-за слегка звериного происхождения, довольно трусливыми. А почему слабыми? А всё потому, что кошерной кицуне для того, чтобы нормально пользоваться своими расовыми плюшками и получать достижения, нужно развивать характеристики вроде Скорости, Интеллекта и Удачи. А ведь есть же еще и класс! И реалии жизни в лесу, полном эльфов и круссов! В общем, Сила у всех, с одним ревущим белугой сейчас исключением, была в районе плинтуса даже с точки зрения среднего по палате крестьянина. Вот и получилась у них местная террористка, которой долгие годы кицуне, благодаря своим животным инстинктам, и слова-то поперек сказать боялись! А она их тиранила! Грабила! Стращала! Обращалась как с плюшевыми игрушками! И вот, только избавились, только прожили пару лет как нормальные люди, она снова вернулась! Да еще и какого уровня!! - А ну все заткнулись!! — взревел я, глядя куда всё это катится. А катилось оно в места неприятные и вонючие. Рюука, при всей своей непрошибаемости, всё-таки прошиблась насквозь такой яркой и негативной встречей, а её соплеменники, слегка отошедшие за то время, пока варварши не было дома и ободренные поддержкой нашей группы, наседали и наседали, вгоняя молодую кицуне в тотальный шок. Это было… гадко. — Вы её воспитали! — зарычал я, глядя на повально замолчавших деревенских, — И вы сейчас ей, Рюуке, выдвигаете претензии за то, как у вас получилось это самое воспитание?!! — Сами на свою голову воспитали, — вредный саякин голос на этот раз звучал крайне уместно, — Сами избавились. Зато во всем обвиняют её. Прелестно! — Стыдно быть вами, — кротко, но очень решительно заключила Матильда, обнимая сидящую ревущую варваршу за голову. Стыдно им не было. Ни грамма. Это даже я мог понять с первого взгляда, хотя по эмпатии меня нормальный тонометр делал на раз. Просто знакомы были такие насупленные морды, рассматривающие тебя исподлобья — прямо напакостившие дети, уверенные в том, что все сделали правильно. Правильно с их точки зрения — это как они хотят. Нет, какой-либо гадости и подлости я в этих деревенских оборотнях, проживающих в жопе ми… глубине леса рядом с племенем какашколюбивых эльфов, не видел. Не было её совсем. Тут был простой социальный момент, заключающийся в элементарных двойных стандартах. Кто вредит тот и гад, а что к этому привело — дело десятое. Действительно, фу такими быть. |