Книга Справедливая гордыня, страница 130 – Харитон Мамбурин

А потом папа с сыной вылезли из «драки», светя фингалами и щедро рассыпая обещания отомстить, втоптав нас в пол как гнусные и подлые элементы. Зря с их стороны, конечно, здесь ведь не компьютерная игра, а злая, жестокая и суровая реальность, в которой существую злой и жестокий я, способный достать из широких штанин молоток, превращающий непревзойденных мечников и могущественных магов в верещащих от обиды индивидов, скачущих по всему залу и отпрыгивающих от стен. И влетающих в гостеприимно наколдованные Такамацури заклинания, естественно.

— Владыка за нас отомстит! — напоследок прохрипел большой и страшный батя, которому влепили ну очень критический подзатыльник с огромной железной дубины, оказавшимся последним, что ему требовалось в этой жизни.

— Угу, а потом догонит и еще раз отомстит, — задумчиво покивал я, вынимая лезвие топора из макушки прекрасного прынца, с которого начали опадать наведенные молотом кружева. Тот тоже был всё, а сам батяня-комбат дальше не уже не слушал по причине завершения анимации собственной кончины. Ну, если так можно выразиться, используя игровые термины. Ну вот, блин! Мне же, трехсотуровневому обалдую, уже нестерпимо хочется задвигать речуги, убеждая окружающих в их собственной ничтожности, а они дохнут как мухи!

Победа как она есть. Все в мыле, блестят лысинами, тяжело дышат почти паром, нервно зыркают по сторонам. Я среди своей команды самый свежий и приятно пахнущий. А почему? Да потому, что это последний этаж перед спуском к Териону. Мы дошли.

Точнее, добежали. Потеряв волосы, девушки впали в самый настоящий раж, их сердца и прочие органы требовали немедленного возмездия, от чего я впервые увидел, как они дерутся всерьез, с полной самоотдачей и погружением в процесс. Оставалось их только страховать, периодически перетягивая внимание монстров на себя, бросать исцеления и носить за рвущимся вперед коллективом люто злую и лысую гоблиншу, стригущую воздух четырьмя ушами и хвостом.

У демонов не было шансов хотя бы достойно ответить, если не считать особо крепких последних. Когда в очередной зал, комнату или коридор открывается дверь, а спустя секунду в помещении начинает бушевать площадное заклинание от волшебника номинального 600-го уровня (если считать удвоение характеристик от моего «выбора»), тем кто внутри сразу становится очень кисло. А тут еще, вдобавок бешено крутящаяся с огромной дубиной кицуне, действующая на свободной от «метели» площади, плюс суккуба-асассин, методично атакующая потенциально опасные цели, плюс опять же Саяка, в чьих силах «выключить» из боя как одного противника путем превращения его в жабу, так и целую группу лиц через «призыв драки». Усиления от Матильды и Мимики дополняли этот смертельный ансамбль, ну а скромный я, опрокидывающий врагов, кидающий в них щит, поджигающий с удара топора, бросающий экстренные исцеления в девушек, так и вовсе завершали картину блиц-разгрома.

— Отдыхаем, девочки, — приняв от Лилит кружку с парящим кофе, которое она набулькала с термоса, я уселся у стены, — Пар сбросили? И ладно.

— Мач, а если волосы больше не вырастут? — жалобно спросила Матильда. Лысая блондинка в черном кружевном белье артефактного наряда демона-соблазнителя зрелищем была чересчур убойным даже на мой утомленный взгляд. Впрочем, все мои лысые птички были пугающе необычны, поглядывая на имеющую и носящую шляпу Саяку с жуткой завистью. А на Виталика с некоторым нездоровым интересом.