Книга Завистливое смирение, страница 137 – Харитон Мамбурин

— Ыыыыххх, — раздалось злобное сипение около моей правой подмышки, — Арррггх!

— Что? — вяло спросил я, пожирая глазами пятачок палубы, освещаемый радостным солнечным светом.

— С…ссыыы…, - почти зарычала шевелящаяся всё активнее Саяка, — Сииииииськиииии…

И поползла! Поползла вперед! По-пластунски! Уперто сопя и брякая своей ненаглядной гайкой о дерево палубы!

А я просто не мог. Не мог себе позволить лежать всему такому героичному и побеждающему, в то время, когда мой сопартиец и местами даже главная жена (изредка), вытворяет такие подвиги стойкости. Где-то нашлись силы, открылось что-то вроде 25-го дыхания или что-то там еще, но я смог поползти прямо за ней!

Вместе мы бряцнулись двумя жалкими кулями с надстройки, где у Веритаса было рулевое колесо, вместе обползли грот-мачту… и почти ноздря в ноздрю залезли как две изнемогшие черепахи в крохотный медленно исчезающий пятачок солнца!

— «Выбор дамы», — просипел я, сжимая саякину худенькую лапку.

— «Аура радости», — вяло промямлила та в ответ, начиная медленно светиться от моего сработавшего навыка. И расширяться в некоторых очень важных местах. Правда, незначительно.

А затем всё стало хорошо.

Сутки мы отлеживались, загорая на солнце и пожирая бульончики всей компанией, а еще сутки, или, может быть, двое, беспощадно пьянствовали, почти не приходя в сознание и празднуя избавление от всего подряд. Пили бы, наверное, целую неделю, только вот Саяка, у которой и имелся внезапный запас алкоголя, коим она заранее забила свой внушительный инвентарь, просто-напросто показала нам дно. В смысле всё кончилось, причем полностью и внезапно, от чего не сообразившая сделать запас на черный день мудрица едва не ударилась в депрессию.

А затем случилось то, что давно уже должно было случиться. Меня обступило несколько десятков молодых женщин, одна тетенька Мимика, один Кинтаро и один утконос, после чего все, умеющие говорить, яростно потребовали, чтобы я рассказал о том, что всё-таки случилось на Поллюзе, кто виноват, кто злоумышленник, и что вообще в конце такое было, что куакарабилли с лопатами умчались куда-то вдаль, бросив свои посты и нас на растерзание.

Вздохнув, я посмотрел на горящие огнем любопытства глаза, глазки и глазёнки, и принялся рассказывать.

— Всё началось, как вы знаете, на Поллюзе, когда Бенджоу Магамами подписал нас на весь этот блудняк, да еще и выдал аванс, который я сгоряча употребил. Ну, сделанного не воротишь, так что пришлось нам впрягаться в происходящее. Итак, передо мной было поставлено две задачи: отыскать Приз и вора, а также разобраться с отравленными звездами мирового масштаба…

Здесь и выяснилось, рассказывал я своим благодарным слушательницам, маленькая, но очень вредная деталь — власти отказались сотрудничать и допускать меня в хранилище, где хранился Приз. Наотрез. Это сразу навело меня на ложный путь размышлений — подумалось, что уставшие от артистов куакарабилли решили похерить весь Турнир, вызвав скандал. Но делиться опасениями мне было бессмысленно, поэтому пришлось браться за второе дело, попутно наводя связи с влиятельными лицами на острове. Связи навелись, но это ничего не дало. В случае большого скандала именно по пропаже Приза досталось бы всем — и местным, и приезжим, и обустроившимся. Выгодно это было только аборигенам.