Онлайн книга «Добрая похоть»
|
Мысленная связь с неведомой зверушкой образовалась совершенно незаметно и мягко. Вот трескается скорлупа, а вот я начинаю ощущать эмоции и поверхностные мысли (!) вылупившегося создания, одновременно с этим понимая, что чудо-юдо меня считает за родителя-хозяина, которого нужно слушать. «Ко мне» — мысленно обращаюсь я к чуду-юду, тихо притаившемуся в совершенно не том месте, куда смотрят оттопырившие попки девушки, старающиеся познать тьму между полом и ящиками. Существо тут же реагирует, у него уходит ровно секунда, чтобы, заложив крюк по полу с прыжком в декольте Матильды, оказаться у меня в ладонях. Девушка исправно визжит и мацает себя по одежде, а я остолбенело разглядываю то, что вертится у меня в ладонях, периодически переворачиваясь кверху пузом. Пробивает на слезу, сразу, вдрызг. — Это мышь?! — недоуменно интересуется Саяка, заметившая, куда сквозанул фамильяр. — Нет, — улыбаясь самой дурацкой улыбкой из возможных, говорю я, продолжая рассматривать зверюшку. В горле першит, а зрение расплывается. От счастья. — Похож на хомяка, — авторитетно заявила Тами, приближая лицо к вертящемуся у меня в ладонях существу, — Точно хомяк! Только странный какой-то. Мач, ты чего это? Ты знаешь, что это?! — Знаю, — всхлипнул я, ничуть не стыдясь слез счастья, — Это Виталик. Он утконос. — «Вы дали имя своему питомцу! Детеныш филийского вжуха получает имя: Виталик!» — Что? Кто? — хором загомонили девушки, кучкуясь вокруг меня и поражая своей вопиющей безграмотностью. — Утконосы, — начал я, баюкая довольно пищащего и вертящегося Виталика в ладонях, — Это — самые прекрасные существа на земле! Они водоплавающие, теплокровные, млекопитающие и яйцекладущие, роют норы на дне, обладают электроперцепцией, а еще, к тому же, их самцы вырабатывают яд из желез на задних ногах! Они великолепны! Я обожаю утконосов!! Как-то нехорошо на меня все покосились. Кроме Виталика, разумеется. Да, я люблю утконосов, у кого с этим проблемы?! Мне не нравятся собаки, кошки, хомяки, белки, про птиц, про рыб и черепах вообще молчу, но эту австралийскую прелесть просто невозможно не любить! А самое главное — у нас с ним это взаимно! Я чувствую! — Я ревную Мача к странной крысе, — удивленно продиагностировала себя Саяка. — И я. — И я. — Девчата… пойдем напьемся. …и они ушли, оставив нас с Виталиком наедине. Вскоре (через несколько часов), мои восторги поутихли, и, разложив вернувшихся пьяных женщин по койкам, я подбил итоги исследований нового друга. Филийские вжухи были очень похожи на утконосов, но ими не являлись. Точнее, были чем-то большим. Виталик умел быстро перемещаться, был всеяден (но любил рыбу), мог как-то откусывать своим плоским клювиком всё, что с его точки зрения подлежало откусыванию, а еще обладал очень сильным хвостиком, позволяющим ему выполнять прыжки на метр-полтора вверх. А, ну да. Конечно же, он умел лазать по стенам и потолку, как же без этого! Кровь не водица, а кровь рожденного в Австралии (ну, или имеющего с ней такую плотную связь), так вообще неведомая жидкость особой крепости! Девчонки недолго дулись на следующий день — ровно до момента, пока Виталик не начал с ними играть. Тут они все втроем дружно растаяли, а через полчаса вполне стали способны порвать на клочки любого хама, который бы назвал Виталика мышью! Закормленный вкусняшками вжух млел и балдел — вот что значит жизнь, начавшаяся с белой полосы! |