Онлайн книга «Добрая похоть»
|
Одному Виталику было всё трын-трава, параллельно и перпендикулярно. Филийский вжух лазал по кораблю и ластился к женщинам, постоянно что-то у них выпрашивая. Сам Веритас сейчас вёл себя тихо. Выплеснув в долгом экспрессивном монологе, что нормальные люди не дружат с монстрами в десны и не преподают в монстрячьих академиях, а грабят там, убивают и с гусями тоже что-то делают, корабль веско добавил, что уже скучает по доку, где пробыл черт знает сколько времени. Потому как народ, который в рекордные сроки ушибает действующую богиню добра и света так, что та скрывается от своих верующих, а затем дерется с бывшей верховной — это даже не отморозки, а вообще что-то с чем-то. Но вообще-то он горд и счастлив, что его скоро сломают какой-нибудь божественной карой сверху вместе с нами, так как если даже плюнуть на всё, что мы ему уже рассказали о наших приключениях, то того, чему он сам стал свидетелем, уже хватит на самое суровое наказание в истории! — Вот как ты умудрился до сих пор остаться Героем, Мач Крайм?! — сварливо и внезапно спросил Веритас, — КАК?! — Капитан Мач Крайм! — с довольным видом выбуркнул я, вновь карая затылком возбудившуюся Лариссу, а затем, подумав, признался, — Понятия не имею, какие там критерии… Я простой скромный человек, который хочет поселиться в индустриально развитой тропической стране с парой сотен миллиардов канис, разве я многого прошу? Закашлялась даже изображающая гусеницу волшебница. — Ну, в целом осуществимо…, - задумчиво протянула буквально излучающая алчность Тами. — Но сначала нужно всех убить! — решительно заявила Саяка, заставив теперь закашляться не просто всех, а даже Виталика. Обведя нас недоумевающим взглядом, она, поняв, что слегка не то сказала, поправилась, — Ну, врагов. Просто врагов! Чтобы не пришли и не отомстили. — Одай сам помрет от старости, — отмахнулся я, — А больше у нас… Договорить мне не дает упавшее на палубу тело Ксении Донкревиль. Стонущее, плачущее, местами поломанное, но определенно живое. Всё, что я успеваю с девчонками — так это вскочить с мест, где мы валялись. Сверху несется злобный женский крик: — «Великий запрет!» Я замираю, не могу пошевелить даже пальцем. Тело каменное, не шевелится ни одна мышца. Лежащий на боку Виталик напоминает плюшевую игрушку. Логи? — На вас воздействует неопознанный парализующий приём! — Вы парализованы! Эффект рассеется через 25… 24… 23… На отсчет уже не смотрю, всё внимание забирает себе неторопливо фланирующая вниз на палубу Тадарис. В каком она виде!! Грязная как поросёнок, от одежды одни лоскуты, синяки под глазами с кулак размером, чёрные! Из-за них красные глаза бывшей богини, сейчас дополненные сетками воспаленных сосудов, так вообще кажутся очами демона! Но страшнее всего… оскал. Святая скалится в безумной улыбке, намертво застывшей на некогда прекрасных губах некогда идеального лица. Сейчас эта перекошенная рожа, напоминающая маску демона из той же Японии, с застывшими в одной точке черными крошками зрачков, может напугать до произвольного мочеиспускания даже носорога. Меня так уж точно пугает. Эти безумные, лишенные малейшей искры разума точечки? Они смотрят на меня. Виталик, как хорошо, что ты лежишь к злой тёте жопкой… Пока бывшая богиня утверждает себя на нехило дрожащих ногах, у меня в голове проносятся две мысли. Чем она нас приложила, точнее меня? Я ж имунный! Вторая: а чего она вообще делает, я же имунный к её божественной херне! Сейчас отойду от парализации… |