Онлайн книга «Усердная жадность»
|
В любом случае, я не буду дергаться, пока невидимые убийцы рядом с девчонками! За закрытыми дверьми кратко зашуршало, после чего они были открыты ударом ноги. Нога была облачена в черные шелковые шаровары с белым носком и примотанной к нему сандалией. Выполнив сие вопиющее действие, обладатель ноги зашел в комнату, демонстрируя ярко-алое, расшитое золотом одеяние как на себе, так и на тех, кто ввалился следом. Было этих наглых субъектов около десятка. — Пасли все вон! — напыщенно бросил знакомого вида китаец, — Мы берем под охрана этот Героя! — Чтоооо? — губы младшего церемониймейстера вытянулись едва ли не трубочкой. — Мусцина — уходи! — рявкнул китаец, тыкая в него пальцем, затем продолжая, с тычком в пустоту, — Зенсина — уходи! — Чтооо??!! — взял на две ноты выше младший, но всё-таки церемониймейстер, надуваясь и краснея. — Здеся — не ори! — вновь указание пальцем, теперь уже себе за спину, — Тама — ори! Наш объясняющий начал набирать воздух, планируя не последовать мудрому совету, начав орать всё-таки здесь, но внезапно оказался едва ли не отброшен резким порывом ветра, превратившим его изысканную прическу в плавно опадающее на спину мочало. Порыв ветра был вызван материализовавшимся прямо перед носом церемониймейстера кулаком. Сжатым, небольшим, красным и… исходящим паром. К кулаку прилагался и остальной китаец, оказавшимся тем же, кто и выдавал ценные указание ранее. Он едва ли не с щелчком достал из кулака указательный палец, а затем назидательно покачал им перед носом бедного царедворца. — Я говорю, ты делай, — выдал сентенцию резкий как понос азиат, после чего, подумав, добавил, — Слюсий. Или зизнь уйдет от тебя! — Все вон! — выступил вперед второй из тех, что молча стояли на входе. Он бухнул себя кулаком в грудь так, что пол под моим креслом слегка дрогнул, — Благословение Величайшей Богини! Вы бесполезны! Уходите! Мы жрецы Йен Чунь! Пара портних и мальчишка на подхвате ломанулись на выход, за ними, постоянно оглядываясь, поспешил церемониймейстер. Орава в красном постояла молча несколько секунд, потом один из них… принялся ковыряться в носу. Добыв под удивленный звук Саяки из носа козюлю, он щелкнул пальцами. Раздался грохот — козюля выбила из невидимости длинного худого эльфа в темной одежде, расплющив бедолагу об стену. Сам он то выжил, тут же глухо застонав, а вот о стене такого же сказать было нельзя — по роскошным деревянным панелям пошли трещины. — Последнее йеньчуньское пледуплездение! — вновь подал голос первый, — Все — вон! Вы всего лишь смертные! — Мы… слуги… императора, — проскрипел валяющийся на полу эльф, — Вам это с рук… Вновь молниеносное перемещение одного из красно-золотых, и пинок обутой в мягкую тапку ноги, отфутболивающий долговязого длинноухого точно в дверной проем, куда тот входит по пологой дуге. Показавший класс футболист презрительно сплевывает на пол, говоря: — Империя — много! Верховная богиня — одна! Неожиданный поворот событий, на который я не знаю, как реагировать, а вот кинувшиеся ко мне обниматься якобы в испуге девушки позволяют извлечь из ситуации немного пользы. «Выбор дамы» Платье Саяки тут же становится более облегающим, а я стараюсь вжаться глубже в кресло, чтобы скрыть свои слегка раздавшиеся мощи. |