Книга Псалом дробовика, страница 80 – Харитон Мамбурин

— Если попутно изгоните из неё демона ночного дожора, то покажу вам лучшие бордели города! — своеобразно поздоровался Петр Красовский, улыбаясь своей фирменной улыбкой.

— Ха-ха, — безучастно выдавила из себя одна из пожилых мадам, продолжая заниматься делом, — Помолчите, юноша. Вы раздражаете испытуемую.

Это было правдой. «Испытуемая» посмотрела на меня крайне многообещающим взглядом, чуть паркет не задымился. Даже Широсаки отодвинулась подальше, заодно поймав по дороге Соню, решившую проверить, что это там творят глупые люди. Марий тоже не остался в стороне, прожестикулировав в мою сторону несколько обидных вещей. Пришлось зевать в тишине.

И… долго. Безучастные маги закончили с вампирессой, быстро «расправились» со мной и Нормой, довольно долго возились с нервничающим Алебастром, постоянно прося альва успокоиться, а затем, в конце концов, выдав каждому из проверенных по небольшому металлическому талисману, застряли на кицуне.

— Впервые вижу такие показатели… — качнул головой маг-мужчина, держащий в руках прибор, напоминающий безумно сложную астролябию, — Широсаки Юки, вы что, частично духовная сущность?

— Н-нет! — шепнула в ответ ну очень сильно нервничающая лиса.

— А магией когда-нибудь занимались? — осведомился почти сварливо инквизитор, но тут же себя перебил, — Нет, не занимались. И не займетесь. Если хотите жить, конечно же. Впрочем, есть и хорошая новость, вас невозможно качественно проклясть или надолго заколдовать. Позавидовал бы, но не буду.

— Кицуне… — вздохнула ранее молчавшая женщина, — Вы там, на островах, своими невнятными духовными практиками такую ерунду с аурой вытворяете. Как еще живы, не понимаю…

Пристыженная Широсаки, имеющая отношения к Японии меньше, чем я, потупилась, как будто почувствовав ответственность за всех сородичей разом, а колдуны, выгнав её из круга, озадаченно уставились на бинтуронга. Тот, сидя на полу у моих ног, ответил им тем же.

— Это же зверь…? — неуверенно прозвучал вопрос.

— Зверь, — кивнул я, — Домашний.

— Мы обязаны его проверить. Как его можно… закрепить?

— Серьезно?!. — тут даже барон не выдержал, — Вы будете проверять бинтуронга⁈

— А вы как думали? — поднял бровь мужчина маг, — Это очень крупный экземпляр, он вполне мог бы убить человека, а значит — вписывается в условия заклинания как проводник. Он в вашей зоне ответственности, барон. Проверим, прикрепим негатор, а затем отправимся заниматься действительно серьезными делами. Озаботьтесь… доступностью зверя, коллеги.

Соня была хоть и очень умной девочкой, но, мягко говоря, не горела желанием сидеть на одном месте по чужой указке. Просьбы и обещания черная пушистая гадина проигнорировала, меня, излучающего по отношению к ней ласку и любовь тоже, а попытку подкупа Эрики так вообще обернула себе на пользу, украв угощение и припустив с ним куда подальше, да еще и уминая на ходу!

Нам же всем вместе было довольно обидно и позорно бегать за кошачьим медведем, как людям, знающим, что хитрая мохнатая зараза прекрасно понимает, что от неё требуется. Но… вредничает. Почему? Такого же никогда не бывало! Стесняется чужих?

Все оказалось куда прозаичнее. «Контору спалила» Норма, метнувшаяся со словами «я сейчас!»… в комнату Алебастра. Прямо в святая святых. И вытащившая оттуда спустя минуту… нечто. Это нечто было похоже на подушку, которую кто-то сшил в виде рулона ковра, нарисовав на ней во имя абсурда и глумления полуголую анимешную девочку! Тем не менее, стоило только Норме аккуратно уложить эту неведомую вещь поперек заклинательного круга, как прибежавший со всех лап медведь тут же улегся в центре, урча, фырча, ворча и обнимая всеми лапами эту «подушку»! Даже хвостом обвил.