Книга Вера в ствол, страница 75 – Харитон Мамбурин

Процесс шёл неторопливо, но сумасшедше быстро по сравнению с тем, сколько времени ушло у Хатсбург и альва на приучение оборотня к запаху лисы. Русский, ни грамма не смущаясь того, что обращается с девушкой фотомодельной внешности как с собакой, продолжал своё черное дело, время от времени командуя лисе приблизиться еще немного. Волчица-оборотень уже даже почти не скалилась на каждый такой шажок, а валялась, лишь изредка настороженно поглядывая на смелеющую Юки.

Так прошло полчаса, пока кицуне не оказалась сидящей прямо возле головы свеженазванной Нормы, причем не одна, а в компании Сони, которая остро заинтересовалась происходящим. Бинтуронг шумно обнюхивала их обоих и, кажется, строила планы либо занять место волчицы, либо узурпировать занятую японку, которой пришлось то и дело отпихивать вытянутую морду любвеобильного зверя. Не просто так, конечно же, по приказу Петра. У того были свои планы, в которых кошачьего медведя не было.

— Сейчас начнется, — оповестил кто-то всех уверенным голосом Мария Гритта.

— Ты о чем? — не поняла подошедшая Хатсбург, стоящая с влажными после душа волосами.

— Увидишь… — загадочно пробормотал блондин.

И оказался прав.

— Гладь! — безапелляционным голосом приказал Петр Юки, кивая на голову почти уже расслабившейся волчицы, лежащей у него на коленях.

Пальцы у Юки дрожали, когда она запустила их в тяжелые гладкие волосы лежащей девушки, недобро покосившейся на неё одним глазом. Увы, это было только начало. Петр не знал пощады и не собирался прерывать прогресс на этом этапе. Напряженной кицуне, уставшей, потной и вонючей, пришлось гладить и чесать другого взрослого человека, смирно лежащего на коленях у Красовского, под взглядами и комментариями всех присутствующих. Затем руководитель этого процесса приказал Эрике нести из холодильника «что-нибудь вкусное», чтобы Юки могла покормить свою жертву. Когда с этим было закончено, массивный брюнет, не перестающий наглаживать лежащее у него на коленях тело, отдал еще один приказ, оказавшийся хуже всех остальных, вместе взятых.

— Все — пошли вон отсюда. Юки, я закрою глаза, ничего не увижу. Превратись, а затем вылижи ей лицо.

Широсаки Юки всегда была приличной, хорошей девушкой. Она была искренне уверена, что так и должно оставаться на протяжении всей её жизни. Даже в самом кошмарном сне она не смогла бы представить, что её заставят вылизывать оборотня, а затем, когда волчица окончательно расслабится, смирившись с её существованием, не оттащат обеих в её комнату, положив на кровать. Японке дадут немного времени, чтобы та сбегала в туалет и в душ, а затем вернут на ту же самую кровать, приказав обеим спать. Но перед этим…

…перед этим Петр, серьезный, сосредоточенный, затративший на всю эту процедуру часа три времени, накормит её точно также, как Юки кормила Норму, причем, наглаживая их обеих! После всего произошедшего, у кицуне попросту не останется каких-либо сил, поэтому она, полностью сломленная произошедшим, уснёт в обнимку с той, кого вполне законно опасалась ранее. Правда, перед тем как глаза Широсаки сомкнутся, унося её в страну снов, она услышит слова, приглушенные дверью:

— На сайте лесбийского порно за такое видео отдали бы неслабые деньги. Красовский, как ты до этого додумался?