Онлайн книга «Вера в ствол»
|
— Транквилизатор оставит от их кратковременной памяти полный бардак, — поделится с нами довольный как слон Барон, — Так что, как порешаем с их машиной, можем умывать руки. Все сделали как надо. Только не трогайте ничего, не оставляйте отпечатков пальцев. Доехав до нашей «тойоты», мы сноровисто обчистили добытую тачку от вещей, представляющих интерес, тщательно обтёрли поверхности, которых могли касаться, а затем, отъехав до перекрестка с асфальтовой дорогой, покатили себе в город, пересчитывая добычу. Она была скромной, но, как говорится: «то, что доктор прописал». — Четыре штурмовые винтовки, модель девяносто четвертого года, никакой гражданки, полное авто… — почти мурлыкала Хатсбург над награбленным, — … не фонтан, не блеск, но уже рабочие машинки. Мы занимались с игрушками поновее, но и эти подойдут! Магазины… есть, немного, но нам хватит. Патроны под них есть, немного, один полный цинк, по два снаряженных магазина. Эти реднеки что, совсем ку-ку, хранить магазины в снаряженном состоянии? Надо будет проверить пружины… — Проверим, — кивал Барон, задумчиво курящий в форточку, — Что еще? — Два помповых «ремингтона», длинные, можно сделать обрезы, — с готовностью переключилась вампиресса, — Двенадцатый калибр, сотня самоснаряженных патронов, одна картечь. Тут уже износ побольше, но вы знаете эти стволы, они почти вечные. Два винтаря «десять-двадцать два» и просто море боеприпаса под них. Не берусь считать, тут россыпью сумка набралась, но две-три тысячи патронов к этим мелкашкам есть. Что с ними будем делать? — Учить Юки, — отозвался я, — То, что надо. Невероятно популярные среди охотников на шакалов, бурундуков и прочую небольшую тварь, полуавтоматические «игрушки» двадцать второго калибра были популярны в Америке больше, чем можно было себе представить. Низкая стоимость патрона «22. long rifle» сделала эти пукалки любимым развлечением многих фермеров. — Нож, — тем временем продолжала Эрика, — Нормальный мужицкий нож, здоровый такой, зловещий. Себе, наверное, возьму. Вместо той уродливой хреновины, что подогнал мне Пётр. Хотя зачем — не знаю, на дело бы взяла «кабар»… — Сама дура! — обиделся я, — С твоими когтищами тебе как раз нужно что-то вроде топора! — Да иди в лес, Красовский! Ко мне из-за этой кривой хреновины карликовые ирландцы пристают! — Потом нашутитесь! Эрика, заканчивай доклад! Я видел, что мы еще что-то взяли! — Ну да, три «глока» с кобурами, эти ковбои были без револьверов, пневматические пушки с лекарствами Красовский забрал, даже отстрелянные шприцы, да еще Юки у них полностью все инструменты выгребла, подчистую. И… магнитолу спёрла? Няшка, зачем…? — Это очень хорошая магнитола! — возмутилась кицуне, прижимая упомянутое к груди. — Хорошо, хоть не курицу, — съязвила брюнетка, а затем, подумав, пакостливо добавила, — А ты знаешь, кто на тебя в бинокль смотрел, пока ты по амбару шарилась…? Ну куда без этого, да? /// (спустя три с половиной часа) — Если ты ни с кем из них не мутишь, то можешь сказать, в чем проблема, а⁈ Это потому, что я… невысокий⁈ Эрика мученически закатила глаза, но капюшон и очки на лице испортили всю красоту жеста. Поставив пакеты на асфальт, она обернулась к подкараулившему её Дугласу Уолшу, упирая руки в бока. Рыжий низкорослый ирландец, работающий продавцом ножей, стоял, набычившись и сжав кулаки. |