Книга Грешник в сутане, страница 97 – Харитон Мамбурин

Секунды тишины сменяются чуть хрипловатым голосом Мария, на руках которого до сих пор повязки.

— Да, сэр рыцарь. Я склонен ожидать от вас только одно, что не должно составить ни малейших проблем такому человеку как вы.

— Что же это? — нервное лицо человека, у которого и без того ад на руках, искажается в гримасе плохо контролируемого любопытства.

— Порядочность по отношению к собрату по оружию, — блондин говорит спокойно, но в его словах чувствуется вес, — Только это.

Марко Цурье дёргается как от пощечины. Мне становится весело, но продолжаю сдерживать эмоции где-то глубоко внутри. Всё-таки, как ни крути, мы сорвали джек-пот. Неслучившиеся убийцы Эрики размолоты в фарш автоматическими турелями, контейнер, по уверениям допрашивавшего меня человека, цел и невредим, а наша четверка пусть и почалилась по камерам, да поработала языками, но зато получила отличное лечение для полустертых рук!

А на выходе мне еще пихнули в руки нечто, напоминающее женщину, но закрытую с ног до головы какой-то плотной темной тканью. Причем, это была не Юки и не Эрика, тех выпроводили последними, оставив меня и Гритта задумчиво переглядываться. Широсаки, пулей вылетев на свежий воздух, тут же променяла его на подмышку барона, вцепившись в него как в спасательный круг.

— А, то есть нас держали взаперти просто так, а русскому подарили бабу в парандже? — язвительно осведомилась закрывающаяся от солнца Хатсбург, которую, видимо, еще никто не ввел в курс дела, — Красовский, ты её будешь в своей комнате держать, надеюсь?

— Кто-нибудь, дайте этой заразе по голове и… заберите меня домой! — злобно прошипел из-под ткани высокий, но определенно мужской голос, — Быстрее! Мне здесь невыносимо!

— О, мужик! — определил я, пихая фигуру в объятия растерявшейся брюнетки, — Дорогая, это тебе!

— Кто это?!! — вознегодовала Эрика, автоматически ловя ругающийся «подарок».

— Прекратить шутки! — опомнился Марий, отрывая от себя кицуне, — Все в машину! Валим отсюда! Недотрога! Тащи альва внутрь!

— Какая, в жопу, Недотрога… — тем временем бурчал пихаемый вампирессой альв, — Я видел, в чем она ходит…

— Какой ты Алебастр, такая и она Недотрога, — совершенно справедливо заметил я, таща Широсаки, сменившую себе цель, — А так да, господа и дамы, валим отсюда.

Из окна микроавтобуса, на котором мы ехали назад, был виден Верхний город. Натуральный кусочек Нью-Йорка, иначе не скажешь. Сплошь небоскребы, пафосные рестораны, дорогие бутики, дорого и со вкусом одетые прохожие на улицах. Всё портила полиция с их автомобилями, больше похожими на военные броневики, увенчанные автоматическими турелями. Вид людей, против которых рыпаться с пистолетом или чем-то подобным, просто бессмысленно, заставлял вспомнить, что это Апсародай. А так да, ни дать, ни взять — самый настоящий кусочек цивилизованного рая, обитель больших денег и громких имен.

Забавное место, этот ваш остров Басолан. На окраинах нищие деревни, в которых самым сложным технологическим решением считается поплавочная удочка, а здесь — царство технологического прогресса с воздушными магистралями для чинно летающих дронов.

Средний Город, отделенный от этого урбанистического рая мощной стальной стеной и пунктами КПП, больше напоминающими крепости, представлял из себя зону боевых действий. Мы ехали по улицам мимо выгоревших домов, тротуаров, блестевших разбитым стеклом, мимо оттащенных на обочину машин, пестреющих отметинами от пуль. Этой части города досталось в разы сильнее, чем предместьям, но полицейских машин тут не было, их заменяли скромные парни в черных униформах без опознавательных знаков, зато с большими пушками как в руках, так и на машинах пехоты.