Книга Джо 7, страница 101 – Харитон Мамбурин

— Джо! — на этаж ворвался варвароподобный Шайн, что-то жующий, — Я чувствую нечто стра… уоу! Фууу…

— Да ладно тебе, — отозвался я, внимательно рассматривая комок совершенно неприглядной мерзости, хаотично шевелящийся там, где до этого висел искалеченный бывший бог, — Лучше смотри внимательнее.

— Не буду! Меня сейчас стошнит!

— Смотри-смотри. Тебе понравится.

— Сдурел? Что ты творишь? Меня изнутри корёжит! Неприятно как!

— Ничего, сейчас всё будет хорошо! Увидишь, что вылупится…

Перебранка утихла, потому что хреновина, измявшаяся и дрожащая, решила вылупляться. Сначала из неё с жутким воем вылетело пять еле заметных теней, растворившихся в воздухе, затем она надулась, став чуть ли не правильным шаром, а потом лопнула, позволяя своему содержимому приземлиться на пол. Содержимое фыркнуло, кашлянуло, а затем начало отряхиваться, сообщив нам:

— Я родился.

— Ты что за фигня⁈ — тут же возмущенно потребовал ясности Шайн, остервенело натирая собственный бок.

Существо на полу затеяло кашлять, так что вместо него ответил я:

— Это Лунный кот, Шайн. Я бы сказал, что новорожденный, но на самом деле, это полная твоя копия, только не привязанная ко мне. И к тебе. Самый обычный Лунный кот Дахирима. Шайн-младший, то есть. Свободный и независимый.

Бывшему архимагу, раздираемому изнутри как котом, так и частями бога Скарнера, деваться было некуда. Лишенный всей силы, прикованный к башне, зафиксированный моим кругом, Вермиллион мог только агонизировать до конца, чтобы затем, когда он распадется, остатки сущности призрака были поделены между его метафизическими жильцами. Что было бы дальше, я и сам не знал, но вряд ли что-то хорошее. Поэтому, попросту надурив гарантированного смертника, я предложил ему влить все свои оставшиеся силы в образ Шайна-младшего, обещая, что он сможет продолжить существование в форме божественного животного.

— Ну, не очень-то и обманул, — покивал я, почесывая небритый подбородок, — Технически, самого Вермиллиона уже не существовало, а единственной полноценной сущностью тут был как раз Шайн-младший. Так что… я просто вылечил его от шизофрении и дал возможность обрести тело. Или что там у вас вместо него.

— То есть, ты отнял у меня моего двойника, — заключил продолжающий тереть бок драконо-варваро-метло-кот, — А затем вознаградил этот кусок меха, который для тебя вообще ничего не сделал в этой жизни? Жизнью? Свободой? Всем???

— Ой, да иди ты в пень, придурок, — отозвался ему мокрый взъерошенный кот, попытавшийся облизать себе лапу и тут же начавший отплевываться, — Кто-нибудь, выпустите меня из этой башни! Я рядом с вами и срать не сяду, самоубийцы фиговы! Выпустите! Я жить хочу!!

— Почему самоубийцы? — не понял я.

— Сейчас расскажу, — пообещали мне, — Только подходи ко мне с полотенцем, а затем начинай тереть. А ты, орясина, притащи с кухни чего-нибудь пожрать! Сто лет не ел.

Хорошо богатырям в сказках, очень хорошо. Вышел на околицу, грянул шапкой оземь, заорал «Выходи биться, нечисть поганая!», затем обернулся, жену, выскочившую на крыльцо назад прогнал жестом, да пошёл подвиги совершать. Идешь, а подвиги к тебе навстречу, ты совершил и дальше идешь. Сказка, а не жизнь. А вот в последней всё куда печальнее, даже когда тебе надо не сотворить нечто потрясающее, а просто найти живое существо, да сказать ему: «Идём битца!».