Книга Лорд в кандалах, страница 120 – Харитон Мамбурин

Если бы не самонадеянность главы лаборатории на межконтинентальнике, решившим ограничить перемещения Героя, то вполне возможно, японцы или китайцы встретились бы со страшным врагом, умеющим убивать одним присутствием. Ему и на «Паладинов» было бы чихать и на «Торов», возможно справилось бы попадание эфирной бомбы, но я, почувствовавший, в какое чудовище превратился скромный простолюдин, на это бы не поставил. В общем, Герой вырвался, потопил корабль, вернулся на острова, попутно потопив еще один, попавшийся ему на глаза, а затем, уже не имея никаких целей в жизни, отыскал плохонькую новую — найти Старверса.

Полковник привёл его к моему порогу, в надежде спасти собственную жизнь. Монстр, убив свою цель, а заодно удачно убедившись, что я своей способностью уже не представляю для него опасности, ушёл, не рискнув убивать меня. Он помнил о ритуале, помнил о том, что со смертью одного в теории должна наступить неминуемая деградация второго.

Еще одно чудовище на мою голову. Приперся, раздолбал поезд, отравил местность, поведал мне историю своей жизни, расстрелял на сигареты, отравил едва ли не летально, а затем свалил. И не обещал не возвращаться. Класс.

Теперь по стране Восходящего солнца шляется потерявший смысл жизни монстр, который ничего не чувствует, но поглощен страхом подохнуть, а я, узнав эти чрезвычайно ценные сведения, лежу в постели, ожидая Бурю, что смоет «отходы» Киста Лью, оставленные им в момент атаки поезда полковника.

Вздохнув, я закурил, отхлебывая свежий кофе. Только что закончился долгий разговор с Итагаки Цуцуми. Бывший генерал, а ныне тай-сёгун, был очень благодарен за морские карты, что я привез из Лондона, но куда сильнее оказался расстроен историей встречи с Кистом Лью. Перспектива шатающегося по империи сверхмощного практика-телокрада ему откровенно не нравилось, как и то, что Герой отравляет местность своим присутствием. Сёгун заикнулся от возможной операции с участием сил Инквизиции и меня, но получил категорический отказ и от меня, и от Инганнаморте.

Американцы попробовали поднять вой по поводу уничтоженного отряда, но моментально заткнулись, когда им начали обрывать эфиросвязь дипломаты со всей Европы, науськанные сёгуном. Все желали узнать, правда ли у демократов потопили два межконтинентальника, но куда важнее мир волновал другой вопрос — сколько этих огромных кораблей у Америки осталось всего? Пока всем ответом было неловкое молчание, что порождало определенные спекуляции и предположения. Например, одна из наиболее популярных и пользующихся авторитетом газет Лондона, «World News», высказала предположение, что в переброске американских войск в Японию были задействованы все межконтинентальники страны. В целях произвести впечатление, задрать ставки, максимизировать свой политический вес, имея в планах продажу лишь двух или трех. С точки зрения аналитиков, три корабля, проданные в обязательном порядке разным странам за колоссальные суммы, были наиболее безопасным и выгодным для Америки решением. Это, разумеется, никого не устраивало.

— Скорее всего, так и есть, — добродушно сказал я газете, аккуратно складывая ту назад.

Через несколько минут в дверь кабинета, после короткого предупредительного стука, зашел Чарльз Уокер.

— Вы звали меня, милорд? — осведомился дворецкий, держа себя чопорно и отстраненно. Скорее всего, подумалось мне, он снова долго и упорно стращал новых слуг, чей японский менталитет англичанина утомлял до невозможности. Чем хуже было настроение у Чарльза, тем сильнее он походил на автоматрона-дворецкого.