Книга Рыцарь в клетке, страница 118 – Харитон Мамбурин

Ответом мне послужил разряд молнии, выбивший и оплавивший одну из дверных ручек. В получившееся отверстие в комнату заглянул большой серый глаз, подёргался по сторонам, а потом сфокусировался на мне и прищурился. Я спрятался за стулом. Глаз исчез, а вместо него через дырку в комнату проник зловещий утробный смех.

— Никто не придёт, Ариста! Никто! Готовься к смерти!!

С следующим разрядом Рейко не совладала, и он впился в эфиропровод, заставляя лампу у меня над головой радостно лопнуть. Кабинет погрузился в сумрак. Я гулко сглотнул, планируя, как будет ловчее выпрыгнуть из окна.

— Госпожа Эмберхарт, зачем вы ломаете дверь и нарушаете порядок? — раздался сердитый голос прибежавшего на шум коменданта.

— Хочу попасть к мужу! — бодро отрапортовала русскому коротышка на весьма пристойном английском.

— А он что?

— А он не хочет!

— Не нужно разрушать домовое имущество! Возьмите гранату, она слезоточивая.

— Спасибо, Степаненко-сан!

Противогаза у меня не было, как и места для маневра, пришлось идти на очень большой риск. Заливающаяся зловещим хохотом Рейко слишком рано метнула гранату с газом сквозь проделанное ей отверстие, что позволило мне поймать маленькую железную канистру в воздухе и, изобразив из себя бейсболиста, метнуть её сквозь стекло на улицу. Следом за этим я, не теряя ни секунды, резко распахнул двери, шагнул вперед, сграбастал свою коротышку в объятия, поднял и впился поцелуем в её губы.

Нас обоих затрясло от страсти к жизни и электричества, а на улице резко зарыдала сильно растроганная этим сотня солдат. Но выжить у меня вроде бы получилось.

— Гад. Дурак. Сволочь. Бросил меня, — бормотала мне Рейко куда-то в шею, — Как ты мог?!

— Я тебе все расскажу, — пробормотал я ей в шею, — Но нам нужно срочно закрыться. Сюда бежит рыжая. Она, кажется, попала под газ.

К счастью, из сверхвозможностей у Регины Праудмур был только доступ к бесконечной злобе. Когда мы заткнули сорванной портьерой дырку в двери, рыжей осталось лишь беситься снаружи, вопия о возмездии. Разбитое стекло особо беседе не помешало, так как дисциплинированные воины Ватикана предпочли уйти рыдать в казармы, утирая лица рукавами черно-белых шинелей. Самонагревающийся кофейник и запас печенья у меня в кабинете присутствовал, поэтому беседе ничто не помешало.

Театр Гениев, Механический Город, Родина Кукол — у закрытого для посещений научного города, гнездившегося под землей, было множество названий. Он был приютом самых известных изобретателей и механиков страны, отрезавшей себя от остального мира, некоей загадочной шкатулкой по производству причудливых и странных механизмов. Для рядового обывателя империи он был местом полным тайн, загадок и невероятных чудес, в котором живут самые настоящие кудесники от науки. Для людей же власть предержащих этот небольшой балаган, пытающийся изобразить из себя научно-исследовательский институт, был пожирателем бюджета, который изредка и случайно приносил сомнительную пользу.

Когда же Япония открыла границы, а её посланники увидели, куда шагнул мир за последнюю сотню лет, взгляд императора на Механический город стал взором палача. Перед мастерами города поставили одну единственную задачу, элементарную с точки зрения отряда в десяток инженеров любой европейской страны — построить линию производства и сборки примитивного и устаревшего английского СЭД-а. Мастерам выдали все необходимые чертежи, все ресурсы, всё нужное оборудование, но при этом — закрыв город по-настоящему. Родина Кукол стала закрытым бункером, из которого вывели немногочисленных женщин и детей, оставив всех остальных выполнять императорский приказ.