Книга Опала на поводке, страница 66 – Харитон Мамбурин

— Что вам сегодня угодно, сэр Алистер?

— Огнестрельное оружие для аристократов, мистер Акколидион.

Три стены из четырех с легким скрежетом стали проворачиваться на оси, демонстрируя другую свою сторону, с образцами оружия. Ружья, пистолеты, странные гибриды, опытные образцы – все это занимало десятки квадратных метров вертикальной поверхности, ожидая своего покупателя. Я хищно улыбнулся и прикурил первую сигарету из будущего множества – долгожданная психотерапия в виде абсолютной безопасности, совмещенной с морем огнестрела, наконец-то началась.

Вместо своего старого «Линьера», я довольно быстро подобрал его взрослого шестизарядного «брата» - шведский «Рагант-N3». Старенькая модель, использующая тридцать восьмой калибр, совершенно не отличалась убойной силой, но точность была выше всяких похвал. После того как на все трех единицах оружия Акколидион заменил курки с выступающих на пологие ребристые – «Рагант» стал практически идеальным оружием, по крайней мере, на то время, пока я не наберу массу тела.

А вот дальше мне пришлось как следует попотеть, выбирая и примеряясь. Настоящему уважающему себя сэру вообще предполагалось носить лишь один револьвер, имея к нему при этом не более дюжины дополнительных патронов, но я себе такого безрассудства позволить не мог. Конечно, я бы с удовольствием обменял таскаемый арсенал на пару высококлассных вояк, вооруженных до зубов, но наиболее разумных мер самозащиты меня лишила мнительность японского правительства и собственного отца. Приходилось выкручиваться.

Выкрутился я с блеском, откопав на стендах «пугов».

«PUG-32R» называемый «пугом» или «пугером» был печально известен среди любителей навещать скучающих жен дворян Восточной Европы, а так же среди уважающих себя грабителей тех же мест. Придуманный сумрачным гением тандема венгра Гория Здобы и итальянца Адольфо Луччиты тридцать восемь лет назад, этот короткоствольный уродливый револьвер претерпел в свое время множество метаморфоз. Изначально создававшийся как ракетница на три патрона, он потерпел полную неудачу, но не потерял ни грана веры со стороны своих создателей – те продолжали над ним работу, невзирая ни на что. Сейчас это было пятизарядное маленькое чудище с массивным барабаном и эргономичной рукоятью, обернутой кожей златовласа – довольно опасной миазменной твари, оснащенный весьма мягким спуском и патронами, в которых масса пули равнялась ровно 15-ти граммам. Точность этого «пуга» оставляла желать лучшего, но факт, что в этом мире не было такого явления как запрет экспансивных боеприпасов, заставлял закрыть глаза на такой мелкий недостаток. Попадание из «пуга» куда угодно с равной легкостью навсегда останавливало лошадь, неосторожного любовника или грабителя – развернувшаяся «лепестками» свинцовая пуля наносила серьезнейшие внутренние повреждения.

Мне придется как следует потренироваться, чтобы привыкнуть к отдаче этих злых уродцев, но это того стоит.

Разумеется, вооружившись на день грядущий, я совершенно точно не собирался останавливаться, насилуя терпение Уокера и мозги Акколидиона со всей страстью дорвавшегося человека. Приблизительно зная будущие параметры своего тела, благо, что эталон в виде графа Эмберхарта был у меня на глазах постоянно, я подобрал себе ряд куда более интересных единиц оружия «на вырост», да и не в одном экземпляре. Когда с этим было закончено, дворецкий позволил себе испустить еле слышимый вздох облегчения, бывший несколько… преждевременным.