Книга Опала на поводке, страница 150 – Харитон Мамбурин

Теперь пришла моя очередь сидеть, молчать и думать. Вызывать неудовольствие таких лиц мне категорически… не хотелось? А почему не хотелось?

Что они сделали? Один жестко ограничивает меня, буквально с голым задом выставляя в другую страну. Второй записывает в свои солдаты, причем уверенно и молча. Следовательно – что? Роберт меня, отработавшего, уже продал своему королю? К бабке не ходи – это именно так. Император… вот с ним все сложнее. Де-юре – его покровительство работало, я попал под атаку взбунтовавшегося рода. Де-факто? Оно не ощущалось.

На другой стороне весов – полноценный род, полноценное положение, потомки с моей и божественной кровью в жилах. Императора Таканобу я не боюсь – не потому, что у меня в «заложниках» его Герой, отнюдь. Не боюсь, потому что если выживу и преодолею все, то буду его подданным, имеющим потенциал к управлению любым СЭД-ом. Короля Генриха мне опасаться не имеет смысла, так как ему придется мстить либо неполноценному аристократу, либо гражданину другой страны. Оба варианта чрезвычайно «невкусные», тем более что мстить мне особо не за что. Уйдя, я продемонстрирую, что моя лояльность к Англии была совершенно недостаточной для гвардейского места. Итак?

— Подумай, Алистер, - тихо проговорил мой отец, глядя на почти пустой бокал со напитком, - Если ты сейчас сделаешь глупость, ввязавшись настолько плотно в внутреннюю кухню Японии, то местные родовитые обязательно захотят узнать о тебе больше. Они пошлют шпионов, агентов, будут нанимать людей – наше имя будет трепаться на каждом углу, вызывая уже интерес и у англичан. Это недопустимо, ты знаешь. Нам с королем придется принимать меры. Это ударит по тебе даже на другом краю света. Ты знаешь, что я прав. Ты никогда не шел на риск даже по пути в ванную комнату, а сейчас рискуешь совершить величайшую глупость в своей жизни. Прими правильное решение.

…под влиянием этих слов мои колебания пропали.

— Знаете, Ваше Сиятельство, граф Эмберхарт, мне невдомек была одна вещь, - начал я, переводя на себя взгляд отца, - Четвертому сыну, раз уж такой казус случился, обычно обещано чертовски малое. Максимум подачка, дабы не ронял он своим существованием имя достойной семьи. Три могущественных человека сейчас ожидают, что я откажусь от достойного шанса в жизнь. От такого, за который убивают, умирают, предают… Причем, лорд мой отец, они ожидают, ничего не предлагая взамен. Место гвардейца – это не выбор, это ваши с Его Величеством планы. Поэтому, мое решение таково – я не отдам то, что взял сам.

Решение было правильным, рациональным, достойным. Полностью по духу и смыслу того, как был воспитан Алистер Эмберхарт. Именно так, до последнего звука, должен был себя вести потомок английского лорда, и тот, кто является его отцом, точно бы не стал отговаривать своего четвертого сына.

Но… сам Роберт решился на этот разговор, а значит – никогда не считал меня своим сыном. Что же, это следует очень тщательно обдумать. Многое придется переосмыслить. Сделаны новые ставки, получены новые откровения. Пес, сидящий на поводке, отказался выпускать из зубов бок чужого поросенка.

Правда, кое-что можно сделать уже сейчас.

Чего я никогда не мог представить, что сам, своими собственными пальцами притронусь к прохладе темного зеркала, выводя комбинацию вызова этого абонента. Надо же, получилось с первого раза. Через пять минут на вызов ответили. Мужчина был ошарашен, взбешен до грани потери контроля, испуган почти до мокрых штанов, но явно сгорал от любопытства.