Книга Решатель, страница 94 – Харитон Мамбурин

Да. Этого будет достаточно.

— Моя жена была родом из Коулуна. Про него не пишут в учебниках для истории. Крошечный пятачок китайской земли в окружении британских территорий Гонконга. Земля, до которой никому не было дела. Настоящий город-государство, застроенные трущобы. Там не было ни закона, ни порядка, ни справедливости. Выживание или существование, как можно более незаметным образом. Нищета и Триады правили бал. Моя Ния помогла нам выйти на укрывшегося в Коулуне китайского урода, наследившего у нас в стране. За это я её выкупил у местной банды, увез в Японию, выхлопотал гражданство. Через три года я взял её с собой, туда же, в этот забытый ками нарыв на теле земли. Очередная миссия. Мы выполнили её, но потом Ния решила навестить свою семью.

— Они убили её, – предположил я, стараясь добавить в голос немного эмоций.

— Как ты догадался? – очень ровно, но далеко не сразу, спросил сидящий за рулем учитель истории.

— Это было несложно. Коулун, трущобы, восточный деспотизм, проявляемый куда как острее в бедных семьях. Если у вашей Нии был выход из этого гетто, то значит, к нему прилагался существенный по местным меркам заработок. Вряд ли ошибусь, если предположу, что семья от неё зависела. По этой же причине девушка не сталкивалась с… яркими проявлениями деспотизма. Когда она ушла в лучшую жизнь, её семья тут же скатилась вниз по местной социальной лестнице. А если семья была большая…

— Три младших брата, две сестры… – тихо пробормотал себе под нос Тадамори, – … и мать. Почему я… почему она…

— Много работала, мало бывала дома. Вполне возможно, что ночевала в другом месте. Может быть, даже в своем, – слегка пощадил я гордость человека смягченным предположением, – Домой лишь приносила деньги.

— Если бы я тогда знал… – пальцы мужчины до хруста вцепились в руль, причем на живой руке.

— А вы не хотите себе задать вопрос, Хаташири-сан? Например такой – а почему ваша жена вновь оказалась в Коулуне? – жестко спросил я, – Она что, сбежала из ада, чтобы начать служить в японской армии? Очень сомневаюсь.

— Ты… – человек с трудом с собой справился, но автомобиль всё равно довольно опасно вильнул на дороге.

— Всегда будут задачи и цели, оправдывающие риск. Я уже говорил вам, что на войне нет правил. Не только по отношению к противнику. Когда генерал отправляет солдат на смерть, он действует согласно своему долгу. Но у него не может быть долга сознательно и инициативно жертвовать и рисковать гражданскими, теми, кого он клялся защищать.

— Дожил. Мне читает мораль воспитанник якудза.

— Это не мораль, это объяснение, почему система сдержек и противовесов имеет жесткие ограничения в своих люфтах. Что касается «воспитанника»… громкое слово. Но возражать не буду. Единственный клан, сумевший сохранить полный порядок на своей территории, единственный во всем городе – этим можно гордиться.

— Я уже жалею, что заговорил с тобой.

— Вы не хотели разговаривать, вы хотели меня убедить в том, что есть люди и звания, куда более важные мое, понимающие, в чем заключено благо страны. И такой как я должен не думать, а вежливо склонить голову перед этими великими людьми, сделать так, как они говорят, и быть благодарным за то, что они заметили меня. Именно так и никак иначе. Не врываться к этим великим людям, не бить их в лицо, не убивать, и ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, не позорить этих великих людей, вытаскивая их грязное белье на публику. Потому что такое поведение позорит само звание гражданина нашей великой нации. Оно недопустимо. Верно?