Книга Искатель, страница 98 – Харитон Мамбурин

«Они и есть дети», — закончив с грушей, вспотевшая девушка идёт выполнять упражнения на пресс, — «Все они, даже Асуми».

Даже Рио. Даже Ацуко и Харуо Кирью.

…даже Горо Кирью.

От последнего откровения она замирает в замешательстве, но затем, вспоминая лицо мужа, когда они, невесть зачем вызванные стариком на природу, ехали назад в машине, понимает, — да, Акира воспринимает Горо как большого, сильного, но капризного ребенка.

Сегодня с утра Акиру вызвали к директору. Через десять минут ей пришло сообщение, что мужа не будет некоторое время. День-два-три. Что-то очень серьезное, не иначе. Вряд ли бы директор школы смог бы так занять его, а значит, к тому пришли люди, с которыми муж ушёл сам. Очень серьезные люди, из правительства. Они же пришли к директору школы, не так ли?

Мана не переживает, она ждёт. А сейчас, выполняя упражнения, она методично вспоминает то, что показывал её супруг всё это время. Иногда в открытую, иногда косвенно.

Часы работы за компьютером самостоятельно и с той рыжая ревнивой русской, которая притворялась её, Маны, подругой. Работа моделью и каким-то организатором Специального Комитета. Бои, регулярные, но не слишком частые. Биржевые сводки и новости. Его странная черная книжечка, заполненная шифрами. Даже отдых на зимнем курорте не прошёл просто так, там что-то случилось, она это поняла. Что-то очень серьезное, хоть и недолгое.

Затем, довольно неожиданно, но в её голове вспыхнули воспоминания о дне, когда Акира попросил её помочь. Не почистить дайкон, не заняться составлением досье на бойцов, как она это делала для Рио, а уехать в бушующий ночью ураган, принять участие в убийстве и похищении людей! Муж не оправдывал свои действия, не обещал, что пострадают только виновные, отнюдь! Он просто попросил помочь.

Её.

Тогда, когда это было нужно. Её. Не Рио. Не кого-то другого.

Да, затем, когда они уже были дома, и она его обнимала, он немного поговорил с Маной на эту тему, и те ответы, которые она ему дала… кажется, они убедили его в том, что жена не менее взрослая, чем он сам.

Если это так, то имеет ли она право обижаться на детей?

— Не имею, — тихо и убежденно ответила сама себе девушка, направляясь в душ. С её разгоряченного тела стекали струйки пота.

Пусть балуются, пусть злятся и обижаются. Да, Мане будет немного одиноко, но у неё всегда, вообще всегда, в каждую минуту каждого дня есть дело, которым она может заняться. Полезное, важное, нужное для её развития. А еще у неё есть муж, у которого очень мало времени на разные глупости, и она, дочь Шираиши Айки и Огавазы Суичиро, будет совсем-совсем не против, если всё это время Акира посвятит ей и только ей! При этом, если так подумать, то и сам Акира вроде бы хочет того же самого, не зря же он так высказался про Хиракаву!

Да, не зря. Потому что она тоже ребенок. А Мана — уже нет. Она понимает, что куда бы Акиру не вызвали — он будет там рисковать, возможно даже лишит кого-нибудь жизни. Потому что нужно. Возможно, он придет домой израненный и избитый. К этому всё готово, потому что дома ждёт его она, Мана Кирью.

…и не просто ждёт, а проводит это время с максимальной пользой!

— А ты еще кто такой? — с недоумением и легким напряжением спросил один из сидящих в самолете бойцов. Одетый, как и остальные, в гибкую городскую броню, дополнительно усиленную пластинами, чересчур тяжелыми для простого человека, «надевший черное» напрягся, когда я, забравшись внутрь транспорта, поставил рядом с собой туго набитую вытянутую сумку.