Книга Искатель, страница 48 – Харитон Мамбурин

— Ты умираешь, — напомнил я, — Можно оттянуть этот момент, но не более. Посмертно вредить ты мне не будешь, а я могу помочь тебе здесь и сейчас.

— И чего будет стоить моя помощь посмертно, если ты, Акира Кирью, буквально нарываешься сам на смерть? — очень тихо прошептал детектив, — А после неё — что? Твои закладки сработают и кошмары станут явью?

— Нарываюсь? — повторил я, озирая комнату еще раз, — Может быть, и так. Но в присутствие кого?

Сложно иметь дело с проницательной, волевой, поставившей на себе крест и крайне упрямой сволочью-манипулятором. Сложно, но можно. Если рискнуть.

— О панде он поговорить пришёл… — выдавил из себя Ивао спустя пару минут молчания и бодания взглядами, — Идём. Поговорим… о панде. Заодно покажешь мне свое чудо-лечение. Что-то мне стало любопытно…

Это звучит как «да».

Великолепно.

Вылечить «сломанного» нельзя, его организм — это лодка не просто с пробоиной в днище, а со сломанным килем. Точнее, можно, но это бы заняло лет пять, причем с моим непосредственным регулярным участием, а значит, всё-таки, нельзя. Тем не менее, кое-что сделать можно. Настроиться на жалкие волны затухающей энергии, бродящие в истощенном теле, настроить своё Ки в унисон, испытывая при этом необыкновенно отвратные чувства, а затем, нежно и бережно, начать прогонять «топливо» правильно по этому сломанному механизму. Он не заведется, он не начнет производить энергию самостоятельно, но зато «вспомнит», каким когда-то был. Процесс деградации повернется вспять. То же донорство, но энергетическое.

— Это займет время, — положивший руку на вспотевшую макушку Хаттори я предложил, — Расскажите о панде.

— Он такая же загадка, как и ты, — буркнул, пытаясь расслабиться, Спящий Лис, — Появился непонятно откуда, с избранными ведет себя абсолютно разумно, как человек. Остальные считают просто очень умной пандой. Чрезвычайно умел как «надевший черное», на уровне твоего деда, как минимум. Ему бросают вызов каждую неделю приезжающие из-за рубежа гости. Почти все уезжают битыми. Каким образом он существует, поглощая только бамбук и немного фруктов — никто не знает. Ни разу за все годы не причинил зла гражданским.

— Ну и чем же мы тогда похожи? — я начал очень медленный и осторожный разгон Ки слабейшей концентрации в теле киборга. Процесс шел с определенным трудом, так как у Хаттори внутри хватало железа и иных включений, не свойственных живым.

— Не прикидывайся… тупым… — вяло пробубнили мне в ответ, — Тебе на самом деле… семнадцать… лет?

— Вы с Соцуюки уже просветили мою жизнь, по крайней мере — все её публичные моменты. Так что ответ вы знаете.

Детектив плыл. Сейчас, по моим предположениям, он себя чувствовал так, как будто плавает в парном молоке, которое обладает всеми свойствами живой воды. И это было лишь начало. По этой же причине его критическое мышление определенно взяло отпуск.

— Значит ты перерожденный император… или кто-то вроде него…

— Потрясающее умозаключение после сравнения с пандой.

— Снадобье не повышает интеллект зверя до человеческого… и гордыню ребенка до… императора…

— Разумно, логично, но никак не помогает мне понять, как сделать так, чтобы эта панда от меня отстала.

— Что ты ей… сделал?

— Совершенно ничего, Хаттори-сан. Кажется, она на меня обиделась за то, что я лишил Кирью Горо волос. Всех.