Книга Учитель, страница 56 – Харитон Мамбурин

— Спрашивайте, - кивнул я, продолжая шагать.

— Ты знаешь, почему он покончил с собой?

— Знаю. Соседка, в которую он был влюблен, притащила домой аж троих мужиков и занялась с ними групповым сексом. Это разбило Дайсуке сердце… добило его. Поэтому он обдолбался и сделал то, что сделал.

— Какие подробности. Он отправил тебе прощальное письмо?

— Да.

— А почему об этом нет записей в деле?

— Потому что я не понес его в полицию, Хаттори-сан.

— Оно у тебя осталось?

— Нет, удалил.

— Как… нехорошо ты поступил, Кирью-кун.

— Я невероятно виноват. Смиренно прошу прощения, - пробубнил я максимально равнодушным тоном, - Хотите, в догэдза встану?

Шансы, что звезда размерами с Спящего Лиса будет расследовать самое банальное самоубийство хиккикомори были равны нулю, целиком и полностью. А значит…

— Значит, ты работал вместе с Каваси, Кирью-кун…

— Значит, пресса не знает о том, что вы – «сломанный», Хаттори-сан…

Спящий Лис остановился, будто наткнувшись на столб.

Это была чистейшей воды догадка, до которой я бы самостоятельно не додумался бы, если бы провел столько времени, общаясь с Суичиро Огавазой, «сломанным», выживавшим на улицах десяток лет. И не видел его частичную ремиссию. Хаттори от Огавазы не отличался ничем, кроме мешков под глазами и проблем с печенью… вместо почек. А, ну да, и гениальности вместо безумия, но тут разница совсем невелика.

— Мне говорили, что ты один из самых умных школьников в стране, Кирью-кун. Может быть, тогда никакого Какакао-сана не существовало?

Кличка Дайсуке в сети. Хм.

— Может быть, Хаттори-сан. Сейчас мы этого уже не узнаем.

Мне следовало быть очень осторожным в своих словах, но я, обнаружив на своем пороге знаменитого человека-протеза, быстро осознал, что он явился ко мне не просто потому, что захотел прогуляться. Из всех линий поведения больше всего подходила сдержанная пассивная агрессия с определенным уровнем хамства, более чем подходящая для умника, лишившегося друга и, более того, понимающего, зачем мог явиться знаменитый детектив. Будь у него на руках что посерьезнее исповеди Каваси-матери, мы бы разговаривали не здесь.

Пару минут мы шли молча, а затем начавший уже выдыхаться человек заговорил:

— Я буду с тобой откровенным, Кирью-кун. У нас в стране беспорядок не только снизу, но и в верхах. Здесь американцы, они разыскивают хакера-террориста, а попутно… попутно вербуют и других. Вербуют, запугивают, склоняют к сотрудничеству. Действуют с размахом и… без оглядки на кого-либо. Мы уже начинаем сомневаться, что их целью является только поиск террориста, понимаешь?

— Понимаю, - сдвинув волосы, я продемонстрировал детективу черную клипсу на ухе, - Если они попытаются действовать без оглядки со мной, то я с полным правом превращу их в то, во что превратил людей, которых натравило на моих близких правительство. Так что можете им помочь, Хаттори-сан, можете указать на меня. Здесь, в Аракаве, им будут рады.

— Ты уже убивал, Кирью-кун? – быстро спросил все понявший детектив.

— Не знаю, я не оглядывался, - не менее быстро соврал я в ответ с непроницаемым выражением лица.

— Не ожидал я такого от школьника…

— Как вам прогулка, Хаттори-сан? Чудесно, бывает, пройтись по улице, не боясь стать жертвой нападения каких-нибудь хулиганов, не правда ли?