Книга Учитель, страница 106 – Харитон Мамбурин

— Ну хоть здесь повезло…, - выдохнул мастер додзё, - …этот найдет все, что угодно. Если не сдохнет.

— Здесь как раз и начинаются наши неприятности, сенсей, - дёрнув щекой, Джотаро поклонился сидя, - Спящий Лис обратился лично ко мне. Он требует в помощники… Акиру.

Старик закашлялся, выпучивая глаза на ученика. Тот сидел понурившись, пряча взгляд. Затем, спустя почти минуту потрясенного молчания, почти виновато добавил:

— Просьба официальная, сенсей.

— Тогда…, - еще через пару минут тишины выдавил Горо Кирью, - …тогда у нас огромные проблемы!

///

(в это же время, в трех с половиной километрах к западу)

Спина болела, причем сильно. В обычной ситуации, даже с её трудоспособностью, Айка находила несколько минут, чтобы размяться. Потеря концентрации, вызванная болью или усталостью, была непростительна с её точки зрения. Сегодня у неё на это попросту не было времени. Работы было не просто много, а столько, что о ночном сне можно было забыть. Руководителю токийского отдела Специального Комитета по делам несовершеннолетних специальных граждан требовалось в сверхсрочном порядке передать все последние дела в совершенно другую инстанцию.

Предварительно их нужно было разделить на «новичков» и «старичков». Тех, кто сожрал синтетическую Пилюлю в подворотне, запив каким-нибудь напитком из автомата, и тех, кого привели в Темный мир. Тех, кого опекают, учат, заботятся. Ошибки недопустимы. За каждой из них стоит человек.

Спина болит.

Отложив очередное дело, женщина встала из-за стола в своей собственной спальне. Здесь она рассчитывала проработать следующие шестнадцать часов, но организм, привыкший к однообразному, пусть и весьма результативному графику, неожиданно взбунтовался. Это было недопустимо, особенно если учесть срочность и важность задания, поэтому ей, Айке Шираиши, придётся прибегнуть к чрезвычайным мерам.

Накинув халат и завязав его, высокая красивая женщина пошла к комнате дочери, в которую и вошла, предварительно трижды постучав по двери. Это, впрочем, особо не помогло. Мана, сидящая на кровати полуодетой и сжимающая в руках телефон и что-то оранжевое, всё равно впала в шок, увидев свою родительницу в крайне нетипичном для последней месте.

— Ты занята? – осведомилась Айка у дочери.

— Н-нет, - быстро качнула та головой, пряча оранжевое себе под подушку.

— Хорошо, - кивнула женщина, - Идём со мной. Мне нужна твоя помощь.

Это прозвучало впервые. За все шестнадцать лет. Не слова, нет. Просьба, небрежно замаскированная в приказ.

— Д-да! – дочь, подхватившись с кровати, устремилась за немедленно выдвинувшейся в обратную сторону матерью.

Им предстояла нелегкая ночь. Изначально Шираиши-старшая хотела лишь того, чтобы дочь как следует размяла ей спину, но получив во время массажа время на размышления, поняла, что шансы справиться самой с такой кучей дел у неё малы. Мана могла помочь еще.

…и помогала до самого утра, беспрекословно выполняя распоряжения старшего члена семьи. Даже так они еле успели.

Зато Айка получила еще немного времени на размышления, когда ехала с утра на работу. Отметив, что серьезный разговор с дочерью насчет особенностей их кровной линии следует провести при первом удобном случае, а не на её семнадцатилетие, как планировалось, начальник отдела по надзору за несовершеннолетними уделила минуты три на анализ своего поведения.