Книга Припарка мёртвому, страница 99 – Харитон Мамбурин

Отдав нужные приказы и проследив за их выполнением, нихонцы выслушали доклад связиста — звено из пяти кораблей, которых окрестили «эфирным разрушителем» вышло на позицию и сейчас перестраивалось в формацию для удара. Где-то высоко над ними велись расчёты, звучали команды и запускались цепочки заклинаний, чья магия должна была намертво зафиксировать «звезду» в определенных координатах для того, чтобы сфокусированный свет солнца и концентрированный эфир могли ударить смертельным лучом прямо по огромной несуразной Пирамиде.

А та спокойно висела в воздухе, никак не реагируя на разрывы импульсов, уже снизившие концентрацию крутящегося вокруг черного строения праха раз эдак в три. Рюго, наблюдающий за происходящим с первого залпа, был полностью уверен в том, что Пирамида беззащитна. Она не двигалась с места, не маневрировала, не стреляла. По словам корабельных магов, у которых хватило чувствительности достать сканирующими заклинаниями сквозь прах, детище некромантов было совершенно инертно — никаких активных магических потоков на поверхности. Даже заслонки обнаруженных оружейных портов были закрыты.

Просадить щит, разрушить гладкие черные стены, уронить чудовищную махину на твердь. Хитрости? Внезапная атака? Неожиданное подкрепление? Предательство самой Лиги Некромантов? Флот готов был ко всему.

Разумные, предположительно прячущиеся за черными скошенными стенами, у адмирала Акутагава опасений не вызывали совершенно. Да, нихонец бы облился холодным потом, а то и обгадился бы от страха, окажись рядом с ним Абракадавр или еще пуще — девка, являющаяся Творцом Боли. Оба этих существа имели мрачную славу тех, кто обладает возможность сотворить с Бессом или смертным такое, что сама смерть покажется легким сном. Кирн Джаргак уже совершенно не вызывал личного страха, Рюго с удовольствием бы встретился с ним один на один. Но… как успешный и везучий террорист орк внушал патриоту Нихона сдержанную тревогу. Эдварда Эйнингена же никто не брал в расчет — шансы, что белокурый маг внезапно высунет из-за угла Пирамиды всепобеждающую пушку, были смехотворными.

«И чего она нервничает…» недоуменно подумал адмирал и тут же вздрогнул от зрелища толстенного светящегося луча, ударившего точно в Пирамиду.

Нестерпимо сияющий луч, толщиной с десяток обхватов взрослых мужчин, сразу же поджег крутящееся облако праха, превратив его в огненную карусель. Огромный пылающий шар с торчащей из него «спицей» луча. Оружие, способное превращать города в пепел, работало на полную мощность, всем своим видом олицетворяя силу и славу Нихона.

Но… мимо.

Акутагава, громкими выкриками командующий прекратить огонь и отойти назад, с холодком думал о том, что было бы, если концентрация праха в момент атаки «Асаги» была бы максимальной — никто бы не смог заметить шустро сдвинувшуюся Пирамиду в центре огненной бури. Однако движение было замечено сквозь облака горящей пыли, связные орали команды «Асаги», а флот ударных крейсеров Нихона потихоньку отодвигался назад, ожидая от подавшего признаки жизни противника какой-нибудь подлянки.

Та не заставила себя ждать. Отодвинувшаяся от луча и из огненного облака Черная Пирамида исторгла из своего основания несколько сотен небольших снарядов, каждый из которых устремился к флоту Акутагавы по своей прихотливой траектории. У маленьких черных точек оказалось очень большая свобода маневра из-за застившего почти весь обзор огненного шторма — почти все они заломили крутую дугу, разлетаясь как можно дальше, а потом кривыми ломаными бросками устремились к кораблям Нихона.