Книга Припарка мёртвому, страница 66 – Харитон Мамбурин

Орк не представлял, но его посвятили, вынудив согласиться, да — жестокие. До такой степени, что девушка отказалась ходить в школу, посвятив себя самообразованию и компьютерным играм. Из последних она, кстати, и почерпнула своё текущее имя. Кира Гира было переиначенным с английского на японский «Killer Gear». Когда Джаргак это услышал, то подошел к бревенчатой стене и начал колотиться об неё лбом. Мощно, решительно и бескомпромиссно, так, что испуганный хозяин постоялого двора прибежал с бледным лицом и трясущимися руками, но был отправлен назад с новым заказом.

Кира с удовольствием и небольшой долей мстительности слушала стук лба о стену. Да, Бесс её спас, помог восстановиться, заботился и берег, но чисто по-женски девушка была немного обижена на него за пренебрежение. Орк, обычно занятый своими делами, никогда ей особо время не уделял, а теперь горевал о том, что пропустил прямо под своим носом!

Постепенно могучий организм тощей рыжей девушки взял своё, она начала неумолимо трезветь… и продолжать раскрывать секреты таинственной империи Нихон.

Они падали с неба, как и остальные бессмертные. Но все — практически в одну точку поверхности. Кира помнила этот момент парения в небе, заполненном кричащими людьми. Кто-то орал от восторга, кто-то от страха, а кто-то с вызовом.

Люди орали, падали и умирали… за тем, чтобы через час воскреснуть. А потом они праздновали, сходили с ума от счастья, нелепо подпрыгивали, танцевали и обнимались. Голые, среди леса, без всяких средств к существованию и понимания происходящего, люди, ставшие бессмертными, радовались всего лишь одному факту — они снова, спустя все эти годы обучающих сценариев, были среди своих. Среди японцев. А еще — их было много.

— Нам всем понадобилось совсем немного времени, чтобы организоваться, — рассказывала Кира чрезвычайно внимательно слушающему её орку, — Несмотря на то, что нас были сотни тысяч, коллективизм взял своё. Те, кто заявлял о своем опыте руководства коллективом, тут же выдвигались на пост начальников, отобранные уходили в одну группу, где выстраивали уже свою иерархию. Времени было мало — люди быстро поняли, что такое их количество окрестные земли не смогут прокормить никак. Первые партии наиболее крепких и выносливых японцев двинулись прочь от места падения уже спустя десять часов. Мы начали расползаться по окрестным землям…

Они грамотно разделились. Сильные, ловкие и одинокие ушли как можно дальше, те, кто питал надежды отыскать членов семьи, остались в центре, остальные же рассредоточились между этими двумя точками. Друиды, следопыты, охотники — все принялись помогать нации выжить.

В следующие же дни открытия последовали одно за другим, стекаясь в центральный штаб. Первым был удивительный факт, что местность была населена. Второй — что смертные предлагают чрезвычайно невыгодные условия помощи для японцев. Третий был наиболее интересным — всё это происходило на огромном острове, висящем высоко в небе. Настолько высоко, что увидеть поверхность планеты можно было далеко не каждый день. Коллективное Бесс-сознательное тут же приняло решение, а вслед за ним — и меры.

Оптимальным выходом японцы посчитали уничтожение всех смертных, кого они могут заменить здесь и сейчас. Крестьян, воинов, торговцев. Это было до неприличия легко — границы городов и только построенных деревень были небольшими, а потом исчезли вовсе. Каждая телега пропадала в пути между населенными пунктами, каждый крестьянин, вышедший с топором в лес, превращался в топор, нож, одежду на пару Бессов и… пятьдесят килограммов не очень нежного, но прекрасно усваивающегося мяса.