Книга Припарка мёртвому, страница 124 – Харитон Мамбурин

Так удобнее драпать. Дробильщики.

Нихон обрушился на «Академию» как горящее толстое одеяло на огромный пологий муравейник. Массированная атака, призванная смести с лица земли всё, что они делали, чего они добились. Нихонцы атаковали везде, где «академики» не были готовы к отпору, информаторы имперцев совсем не зря ели свой хлеб. Гильдия была готова как к войне, но ей быстро продемонстрировали, чем война отличается от войны бессмертных.

Бегущая сквозь лес женщина-волк сшибла грудью случайно подвернувшегося ей Слугу, не растерялась, прыгнула на него сверху и тут же разорвала горло. Разум отметил, что противник был совсем заторможенный, умер, даже не поняв, что на него напали. «Мясо выпустили» — подумала про себя женщина, вновь пускаясь наутёк. Не все Слуги были неумолимыми машинами смерти, часть напоминала мясных кукол, с трудом осознающих, где они находятся. Недоделки.

Плевать на точку сбора, она может сама выбрать себе маршрут. Главное уцелеть. Дробильщики здесь именно по её душу.

Война бессмертных — это дробление.

Зелье, позволяющее выпившему «привязаться» к конкретному Дому Матери, переходя в него Зовом при нужде, было ошеломительно дорого еще до межрасовой войны. Когда силы людей загнали другие расы под землю, оно стало стоить совершенно невообразимых денег. Этим и пользовались нихонцы. Генеральные сражения, массовые рейды, долгие осады? Нееет. Партизанская тактика истребления — ищи низшие и средние звена командования противника, трави на них магов-менталистов, выучивших трюк, заставляющий Бесса использовать Зов — и ты побеждаешь малой кровью.

«Академия» была слишком велика, чтобы эффективно защищаться от тысяч комариных укусов. Менталисты-дробильщики одним заклинанием отправляли свою неудачливую жертву к черту на куличики, эффективно исключая бессмертного с театра боевых действий. А без командира и координатора его подчиненные чаще всего предпочитали сами использовать Зов, дабы потом, не нарушая присяги, годами возвращаться в родные места.

Еще десяток еле шевелящихся Бессов, более всего похожих на зомби из старых земных фильмов. Матильда разорвала их за несколько секунд, кляня себя за несдержанность и за то, что не уделила контролю звериной формы внимание, когда могла это себе позволить.

Бежать, бежать и еще раз бежать. Если менталисты-дробильщики её выведут из игры, четверть континента потеряет главного координатора. Чуя просто падёт в руки Нихона как спелый сочный плод.

Истребление шло уже третью неделю. Матильда рада бы была назвать это войной, но язык не поворачивался. «Академия» не знала ни единого места базирования нихонцев. Сумасшедше быстрые корабли появлялись, где хотели, высаживали десант, устраивали бомбардировки, забирали своих Бессов, и скрывались в неизвестном направлении. Воздушные «треугольники» Гильдии могли поспорить с нихонцами в скорости и вооружении, но какой от этого толк, когда астральщики и менталисты не могут покрыть нужды необходимой связи даже на треть?

Языковой барьер тоже никто не отменял. Все вокруг рушилось в бездну.

Госпожа Заур бежала на четырех лапах, совершая гигантские прыжки при каждом удобном случае. Её душили злость, растерянность и… жалкая трусливая надежда. Попасться. Вылететь прямо на шеренгу загонщиков, угодить на глаза одному из Слуг-магов, который заставит её использовать Зов. Раз — и все проблемы позади. Пока она вернется в какой-либо из уцелевших центров «Академии», всё уже будет закончено.