Книга Посадка в лужу, страница 121 – Харитон Мамбурин

— Есть, — не стал отрицать я, — Но откровенничать с тобой я не собираюсь.

— Возможно, нам стоит поговорить откровенно, — задумчиво отреагировала волшебница, — К обоюдной выгоде. Я вижу хорошие перспективы. Многообещающие.

— Ты противоречишь сама себе, — ухмылка сама собой вылезла на моё лицо, — Сначала спрашиваешь: «Эй, Джаргак, а в чем твоя выгода?». Я молчу, а ты тут же заявляешь, что ее видишь. Причем обоюдную. Всё-таки научилась читать мои мысли?

— Нет, я просто второе лицо в Нихоне. Он вполне может считаться наиболее могущественной организацией Срединного Мира, — почти равнодушно заметила Ай, — Нихону под силу помочь тебе добиться практически любой цели. Более того, обеспечить тебе любые условия жизни. В обмен на совершенно пустяковые услуги. И даже более того.

— Что может быть «более»? — заинтересовался я.

— Пирамиды Вечности, — тем же равнодушным тоном продолжила Митсуруги, — Видишь ли, я не знала… что они неразрушимы. Их невозможно разобрать и исследовать, понимаешь, Кирн?

— Пока я понимаю, что ты пытаешься меня завербовать, но в своей обычной манере — ничего не говоря конкретного, — с наслаждением закурил я, — Получается у тебя хреново. Как всегда.

— Ты дебил или притворяешься? — посмотрела на меня бывшая подруга, вздернув бровь, — Я тебе говорю о том, что с моей помощью ты можешь добиться ВСЕГО, получить ВСЁ! Воспитать, построить, отомстить, возвести, найти — без разницы! При всем этом ты получишь любые удобства и любые средства! Более того — Пирамиду Вечности! Это не жалкие двенадцать миллионов, а то, чего желает любой бессмертный!

— Бойтесь нихонцев, дары приносящих, — исковеркал я известную цитату, — А Переяславе ты что-то обещала? Перед тем, как обречь на вечное рабство?

— У нее не было выбора, — пожала плечиками японка, — А вот с тобой нужно договариваться.

Я сел по-турецки, продолжая дымить трубкой и рассматривать валяющуюся японку. Та отвечала мне тем же испытующим взглядом.

— Кое-что расскажу, — решил я, заставив Ай встрепенуться, — Представь себе плоскогорье, Митсуруги… а на нем — водохранилище…

— Какое это име… — волшебница замолчала от моего укоряющего взгляда.

— Так вот, — продолжил я, — Водохранилище на плоскогорье. Вода сдерживается выстроенной людьми дамбой. В низине, под этой дамбой, расположено поселение. Там живут и работают люди. Представила? Несложно же, да?

— Я родилась в таком городе… — задумчиво промолвила архимаг.

— Тем лучше, — удовлетворенно кивнул я, выпустив с помощью трубки дым, оформившийся на краткий миг в изображение провинциального двухэтажного городишки, — Так вот. Какой вопрос эти люди себе никогдане зададут, пребывая в здравом рассудке? Что случится, если дамбу подорвать?

— Ну! — злой взгляд был мне наградой за нарочитую медлительность.

— Теперь представь себе тоже самое, — продолжал я неторопливо курить, — Но вместо людей пусть там теперь живут бессмертные. Какой себе вопрос задаст каждыйиз этих бессмертных? Рано или поздно?

— Что случится, если дамбу подорвать?— не стала оригинальничать девушка. И была права.

— Точно, — покивал я, — Рано или поздно, но каждый. Ты приглашаешь меня в свою песочницу, пожить в твоих песчаных замках. В обмен на что?

Митсуруги думала долго.

— Сам по себе ты не представляешь ни особой ценности, ни опасности, — наконец, выдала она, — Раньше был даже более ценным кадром — а теперь ни в экспедиции, ни в разведке, да вообще нигде использовать нельзя. Слишком долгий срок возрождения. Для тебя теперь каждая жизнь будет как новая, Джаргак. Правда — с неизменно печальным финалом. Я же предлагаю тебе всё и даже больше в обмен на совершенно смешные усилия. Всё, что тебе нужно будет делать…