Книга Полёт не туда, страница 41 – Харитон Мамбурин

Нас прервал тихий стон плавно перешедший в зевок. Отрубившаяся на кровати Митсуруги Ай наконец то пришла в себя.

— Соромон, мне такой плохой сон приснился..., - сказала девушка, сев на кровати и тря кулачками глаза.

— Ай-тян, знакомься, это Переяслава. Она дриада, у нее экзистенциальный кризис и она будет жить с нами!

— Хорошо...ЧТО???

Интерлюдия

С борта великолепного дирижабля "Вавилонская Блудница" свешивались две головы и оглашали воздушный причал славного города Илима Широкого страдающими воплями разумного, расстающегося с обедом. Одна голова принадлежала девочке или девушке человеческого вида с копной заботливо убранных за спину волос насыщенного розового цвета. Вторая была мордой огромного медведя под тонну весом.

— Как он посмел привести женщину! - тяжело выдохнула Митсуруги Ай, могущественный архимаг, преподаватель, алхимик и самая известная затворница города Вавилона.

— Дриады...не женщины, - сварливо бурчал медведь, работающий капитаном дирижабля, с которого и происходило удобрение окружающей среды. - Это духи...буээ...

— Но ее же можно! - слабо стучала кулаком волшебница, пребывая в очень затруднительном состоянии. С одной стороны она очень хотела обсудить внезапный поворот ее судьбы, с другой - любое воспоминание о предмете страданий моментально вызывало приступ тошноты.

— Бревно тоже можно... - вялым голосом парировал Барин. Его снова одолел приступ, но закаленный и могучий организм вышел победителем. Бывший друид сплюнул и выдал накопившееся на душе, заревев, - Он даже дриаду изуродовал! Как ты то рядом с ним невредимой осталась??

— Я??? - девушка скорчила злобное лицо, а потом выпалила как на духу, - Он три раза заставил меня обмочиться от ужаса, занес на своих плечах в Дикий Лес и на полном серьезе угрожал сделать огромной мускулистой бабищей!

Медведь возвел очи горе и попытался представить себе перспективы срочного дезертирства с вверенного ему судна. Находиться рядом с лысым уродом, обладавшим фантастическим умением безнаказанно превращать жизнь бессмертных существ в ад он категорически не желал.

— Соломон. Почему Митсуруги стоит в углу, боится и готова сражаться? Здесь никого нет кроме нас.

— Наверное потому, что ты засунула свои пальцы-корни во все возможные отверстия моего кота, Переяслава.

— Я его исследую, питаю и лечу.

— Да, но внешне это выглядит как определенное действо, через которое проходят некоторые девочки-волшебницы. Митсуруги, является по сути девочкой-волшебницей, поэтому ты ее пугаешь.

— То есть она не даст себя исследовать?

— Боюсь, что ни один разумный в сознании не даст себя исследовать таким образом...

— Я запомню это.

— Только не говори мне, что главное, в чем ты уловила суть, было "в сознании"!

— Я не скажу.

— Заткнитесь оба!!!

После истеричного вопля волшебницы, мы соблаговолили прерваться. Дриада многому уже научилась, постоянно находясь среди людей, но от своей актерской игры в "садистское бесчувственное бревно" ловила кайф. Теперь, когда ее глаза закрывала качественная иллюзия обычных глаз, с ней могли нормально общаться команда и пассажиры "Вавилонской Блудницы". Но не особо хотели, кроме самого капитана. Бывший друид питал к дриаде исключительно теплые чувства, что выражалось в непрекращающихся попытках уговорить девушку "бросить ошиваться вокруг лысого урода и бежать сломя голову в ближайший лес".