Книга Полёт не туда, страница 102 – Харитон Мамбурин

Что есть, то есть. Оттащив Митсуруги в её каюту, возвращаюсь к потерявшей магическую подпитку стене. Ее уже ломают, так что присоединяюсь к деконструкторам. Оставалось всего каких то сантиметров сорок...можно сказать по краю прошли. В образовавшееся отверстие врывается раскаленный воздух, заставляющий разумных ругаться и отскакивать - падающая глыба нехило нагрелась и жар мешает нам определить высоту. Карта мира сменилась на "плоскоземельную" Срединную.

В напряженном молчании проходит еще несколько минут ожидания. Журчит тающая вода, поднимаются клубы пара, горячий ветер задувает сквозь быстро исчезающий лед. Наконец в проделанном отверстии, ставшем гораздо шире, появляется слегка дымящаяся медвежья морда, которая торжествующе ревёт - "Не утонем!".

Надо же, у нас получилось!

— Всё! Приехали! Кина не будет! Электричество кончилось! - категорично дал понять всем старой как мир (или два?) фразой о невозможности дальнейшего передвижения капитан Барин.

Общественность гудела с умным видом. Но как и бывает характерно для общественностей - тщетно. "Блудница"...потаскалась. Или долеталась. Требовался большой и хороший ремонт, с приставкой "кап".

Удивительного было мало. На долю цеппелина не выпало крупных испытаний, но вот мелких она наелась доотвала. Оболочка, заполненная газом, эфиром и маной аэромантов, держалась на одном честном слове когда то пошаманившей над ней дриады. Все движущиеся части воздушного судна износились, включая даже выполненные из металла. Дирижабль величаво сел возле Дома Матери и через своего капитана требовал обновления и техосмотра в ультимативной форме.

Над океаном мы болтались пару недель, попав в несколько небольших штормов, освежившись в десятке ливней и сломав себе глаза, выглядывая хоть какой нибудь остров. Не выглядели, но сумели дотянуть до континента, называемого в Вавилоне Дарам. Не самый близкий к вавилонскому Шат'Кару, но если бы не состояние "Блудницы", то за месяц мы бы спокойно долетели в Нищий Город.

Забавным оказался факт, что как только команда невольных отважных путешественников удачно преодолела немыслимое и небывалое и опустила свои зады на почти родную землю в холмистых лесах Срединного континента, как наступил полнейший разброд и шатание. Эльфы насели на Советницу с требованиями немедленно доставить их в Вавилон. Военная часть пассажиров все громче и настойчивее рассуждала вслух о предварительной оценке добытой информации и справедливом разделении награды за столько эксклюзивные сведения. Карантин сорвала голос, требуя новых клятв о неразглашении, но упорно отмалчиваясь о компенсации. Команда корабля, как самые тихушники, вообще не возникали, чем серьезно ту же Советницу беспокоили.

Про нас троих и говорить было нечего. Митсуруги с самого начала пользовалась устойчивой непопулярностью, за счет показательного игнорирования всех хитровывернутых, кто пытался с ней заговорить и это усугубилось, когда она встала на защиту эльфиек от домогательств. Прибавить к этому высокую боеспособность и умение становиться невидимой - на "Блуднице" давно уже шептались украдкой и тыкали палкой по углам. Переяслава со своим черным юмором и демонстративным отказом от помощи окружающим по их щелчку так же быстро и решительно завоевала отторжение и страх. Про меня и говорить нечего. Мысль о том, что я побывал аж в двух городах Внешнего Мира и ничего там не заныкал себе в инвентарь, народ отвергал как абсолютно несостоятельную. И это кроме всего прочего. И сейчас мы вовсю были заняты тем, что должно было усугубить негативное мнение.