Книга Гремучий Коктейль 6, страница 42 – Харитон Мамбурин

— Мне кажется, что она ключ, — с легкой улыбкой поделился с Бобом собеседник, — Подсказка от Книги. Сноска внизу страницы. Намек, что Ей надоело нас ждать. А вот Дайхард… знаешь, он может быть как намеком, так и посланником нашего прекрасного Приза. По крайней мере, он совершенно уникален, поверь мне на слово.

— Я не люблю, когда мне намекают, — отрезал Уолш, разворачиваясь к собеседнику, — Поэтому предпочту не понять намека. Демонстративно. Даже от Неё. Я могу на тебя рассчитывать?

— Как и всегда, мой друг. Как и всегда.

Жаба после этих слов недовольно пошевелилась, задрала заднюю лапу и прошлась ей по собственному боку, почесывая его.

Что делать, когда у тебя полным-полно врагов и завистников, но отсутствует надежное убежище? Вариантов всего два — либо положиться на неизвестную величину, отдав всё, что у тебя есть, на попечение чужой репутации, либо пользоваться моментом в уже закрывающемся окне времени, чтобы обустроиться на новом месте.

Выбор предстояло делать быстро.

— Не понимаю, почему ты уверен, что отель, находящийся в собственности этого твоего Общества, менее надежен, чем пустой дворец с одним даймоном… — ворчала Кристина, сидящая с Алисой на заднем сидении мобиля. Ноги жены оказались прижаты тушей Курва, сбоку на неё пристально смотрел мэтр Вергилий, а верный кот предал, сбежав к Мао Хану на колени.

— Потому что я инспектировал противовоздушные орудия, как только мы въехали, дорогая, — объяснял я, ведя машину, — и видел размеры вентиляционных шахт в здании. На наш этаж доступ был не только по лифту, но и по ним, а также по кухонным подъёмникам. Насчет канализации тоже не уверен, но есть еще и внешняя сторона здания, по которой могут подняться с нижнего этажа. Кроме того, если ты не забыла, что меня в Санкт-Петербурге банально подорвали вместе с домом, и лишь по счастливой случайности оказался в то время в другом месте. Ты бы хотела сидеть на верхнем этаже этого небоскреба в момент, когда его подрывают?

— Нет! — мать обняла дочь покрепче. Та, недовольно засопев, принялась вертеться.

Прямо как кошка.

— А даймон это даймон… — пробормотал я себе под нос, — А сто сорок тысяч — это сто сорок тысяч!

Кроме того, я кое-что могу сделать только в собственном доме.

Аквариус даймоном был очень вежливым и воспитанным, несмотря на то что из-за его знаковой внешности у опекаемого им дома не было постоянных жильцов со времен смерти первого хозяина. Сущность даймона-контрактника, никогда не знавшего, что такое жизнь в плоти, была куда более гибкой, чем у нас, смертных, разбалованных собственным мясом, так что манерам и выучке козлоголового можно было только позавидовать. Даже сейчас, когда ему уже третий день подряд делали очень неприятно.

— Все не так уж и плохо, милорд, — на чистом английском произнес тонкий и высокий даймон, одетый во фрак дворецкого, — Я привыкну… обязательно привыкну.

— А по твоему виду и не скажешь, что «всё не так уж и плохо», — вздохнул я, с некоторым сочувствием разглядывая существо, вовсю похожее на мучающегося болью в животе человека.

— Я бы не отказалась услышать подробности, — Кристину слегка смущали высокие тонкие леса, на которых туда-сюда снова сосредоточенно сопящие гоблинские девчонки, которыми руководили стоящие внизу китайские девушки. Бегали детишки по лесенкам как обезьянки, пользуясь ногами и одной рукой. Вторая у каждой была чем-то покрыта, и гоблинши были заняты тем, что удивительно аккуратно промазывали это «что-то» по углам и щелям высокого потолка холла.