Книга Гремучий Коктейль 5, страница 90 – Харитон Мамбурин

Дорога была обычной кривой двухколейкой, преследователи шли один за другим, так что план по нейтрализации был простым как две копейки. Начинался он с…

— Звезды Альстара!

Двенадцать не особо быстрых, зато самонаводящихся сгустков фиолетовой энергии были далеко не тем, чем можно напугать любого носителя чернокниги, ушедшего в полную защиту. Только вот пользователей магии среди наших преследователей не было, поэтому двенадцать снарядов, шедшие один за другим, моментально смяли сидящих в мобиле людей вместе с сиденьями, кузовом, и всем остальным. О вбитую в почву машину ударилась следующая, а наша, тем временем, пошла в неторопливый занос, останавливаясь и уже попутно плюясь огнем из шести стволов, изрешетив своих жертв. Не собираясь рисковать, я еще и накрыл бывших преследователей «туманом диких грез», чтобы точно никто не ушел и ничего не успел.

Сработало.

Начни они стрелять, было бы худо.

— Дальше поедете без меня, — сухо приказал я выглядывающим из машины китайцам, водящим по округе стволами, — Валите! Я тут приберусь…

К доктору точно опоздаю, но лучше замести за собой следы. Веры в обещания Парадина, что мол, это тайное дело, в котором нас прикроют все, кто можно и нельзя, у меня нет. Наобжигался уже о решения Петра Третьего. Да и, кроме того, пригород уже видно. Мне оно надо, быть замеченным в компании с преступниками?

Метода Сильверхеймов в комбинации с разогревающим заклинанием против ревматизма в очередной раз доказали свою универсальность. Превратившиеся в серебристый лёд тела и останки машин растаяли, как будто бы их никогда не существовало, а я пошёл дальше, мрачно размышляя на тему, откуда вообще могли взяться преследователи. Думать нехорошо о Парадине очень не хотелось. Не его уровня операция, да и самому Петру Третьему явно было в этой ситуации не до интриг.

Случай? Просто попались на глаза? Привлекли внимание тем, что в машине было слишком много людей?

Черт его знает.

Паршивый денек.

Скрывшись в подлеске, я спустя полчаса вышел на другую дорогу, а там, «проголосовав», приобрел себе место в карете с каким-то мелким чиновником, не высунувшим носа из бумаг, которыми он обложился. Наконец-то отдых.

Инвестиций, конечно, сделано много. Китайцы вряд ли забудут мой вклад, как и император. Эдакое проявление лояльности… как там говорится? Приняв участие в этом щекотливом деле, я передал тем самым ему уверения в своем почтении. Заодно закрыл долги, это важнее всего.

Все равно, поганое чувство.

— «Как будто бы ты мог поступить по-другому. У тебя не так много союзников, Кейн, особенно из тех, кого ты можешь позвать на помощь в темных делах. Отказал бы ты сегодня этому Матвею, завтра уже мог бы на него не рассчитывать, как и на бандита. Нельзя жить в белых перчатках и с друзьями в темных местах»

— «Знаю, лорд Эмберхарт. Но переварить осадочек надо»

Впереди приезд императрицы, необходимость узнать, что там с моим другом Константином, попытаться хоть что-то откопать на мага-подрывника (а до этого — еще приехать полюбоваться на развалины собственного особняка).

Но, прежде всего, Алиса.

На встречу с Адестаном ле Кьюром я еще успеваю.

Сухой и сгорбленный волшебник лет сорока, заложив руки за спину, склонился над коляской, внимательно наблюдая за её содержимым. Последнее, удерживаясь ручками за бортик своего транспорта, хмуро и сурово изучало человека в ответ. Мы с женой довольно нервно наблюдали за этой дуэлью взглядов, понятия не имея, чем она кончится. Стандартные медицинские процедуры вроде прослушивания, ощупывания, просматривания через несколько причудливо выглядящих приборов Алиса Кейновна уже прошла, но Адестан ле Кьюр, у которого мы сейчас были на приёме, отнюдь не спешил с диагнозом.