Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 87 – Николай Дронт

— Не могу знать, ваша милость. Но на службу пришёл с изумрудиком на пальце.

— Видел. Хм… Жалованье на него ухнул? Преданность показывает? А синяки что?

— Думают о том, как в род вернуть. Его королевское высочество принц Торан хотел мальчика к себе ко двору. Весьма недоволен был, когда ваша милость опередили.

— Пусть губищи-то закатает, мне такие самому потребны. Конечно, гадкий мальчишка и сводник, но о своём принце думает. И вкус у подлеца хороший. Да! Пошли сейчас розанчику кулончик с бриллиантиком. И записку. В Цветочном павильоне аудиенцию ей дам, пусть готовится. К шести организуй карету за ней.

— Виноват, ваша милость. Тут доложили. У Тихого вчера дуэль была. Им в кофейне с леди Лаурой не дали посидеть, обеспокоили. Так он двоих насмерть, одного ранил. Ещё один прощения просил.

— Один против четверых… Изрядно! Весьма! Её прошлый небось так не ухаживал. Лаурка польщена будет. Ей расскажи про дуэль. Такой, понимаешь, романтик!

— Слушаю, ваша милость.

Меня кондратий хватит от таких раскладов, никакой дуэли не надо. Не успел толком оклематься, как в комнатёнку заявился статский советник. Разрешил без чинов, представился Владом Куклитом, попросил с девушками его милость больше не знакомить. Сейчас ладно, он не в обиде, ведь я не в курсе был, но вообще это его прерогатива. Выдал конверт и кулон в бархатном чехольчике. Цветок ромашки из золота с белыми лепестками и бриллиантиком по центру. Велел доставить Инге, но предварительно переодеться. Дескать, невелика цаца, чтобы при параде ей записки возили.

Летний мундир отличается от парадного отсутствием вышивки на груди, швах и фалдах. Сшит из светло-серого хлопчатобумажного коверкота с изумрудными выпушками. Вместо золотой плашки за наградное оружие и медали за учёбу вышиты соответствующие планки. Орден на шее остаётся. Кожаная каска меняется на фуражку в цветах мундира, сапоги носятся под брюки. Перчатки не обязательны, но можно серые. Остальные детали аналогичны парадному мундиру.

За мной закрепили пароконную коляску, буду кататься на ней по делам службы. Что ценно, поездки из дома на службу и обратно тоже дела служебные. Кучер лет двадцати, судя по чистым петлицам, заштатный дворцовый служитель, быстро довёз до огромного несуразного особняка. Пред дворцовой каретой мигом распахнулись ворота, и меня подвезли прямо к порогу парадной двери. Слуги распахивают обе створки, что никак не соответствует чину камер-юнкера, и с поклонами отводят в роскошную прихожую. Фуражку принимают, как тончайшую фарфоровую вазу. Затем препровождают в пафосно-богатую гостиную и, вновь униженно кланяясь, просят обождать.

Хозяин появился буквально через десять минут в наспех надетом костюме с огромной серебряной медалью. Памятной. Да, их не запрещено носить, как не запрещено надевать кастрюли вместо шлема и перепоясываться шторой вместо пояса. Не служит? Пусть творит что хочет. Судя по надписи, медаль выдана за пожертвование какому-то благотворительному обществу.

— Федул Латер? – уточнил я.

— Точно так, ваше благородие, – угодливо поклонился хозяин.

Сообщаю о цели своего визита:

— Стах Тихий, по поручению его королевского высочества принца Лагоза к вашей дочери Инге. – На всякий случай добавляю: – Конфиденциально.

— Сейчас будет! Сей момент одевается. – Ошалевший от радости богач покинул комнату.