Книга Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник, страница 50 – Николай Дронт

Наследовать имущество могут рождённые в браке, при их отсутствии – дети конкубины. Бастарды не наследуют ничего, кроме явно записанного на них в завещании.

Вчера и позавчера Стах в школу не приходил, что само по себе странно, ведь экзамены проводятся каждый день. Хотя прошёл тихий слушок, что Тихий заболел. Некоторые даже думали, что это не болезнь, а обида на родителей Рябы. Многие были свидетелями их разговора, и теперь дворяне раскланиваются с семьёй Губерласков крайне сухо, а те перед парнем даже извиниться не могут.

Марги лишь за подробный пересказ скандальной отповеди получила приглашение на субботний чай к своей однокласснице, причём дворянке. Видать, её родители что-то более подробно выспросить хотят.

Единственное, что не давало девочке покоя, так это воспоминание о разговоре со Стахом по пути в школу. Что-то от неё ускользнуло в глубину памяти. Но сегодня вдруг вспомнилось то, на что раньше она никогда не обращала внимания, – набитые до мозолей на костяшках тяжёлые, сильные кулаки.

Ещё один слух пришёл от классной надзирательницы. Про поцелуйчики Амалисандры с мальчиками. Наверняка кто-нибудь из девчонок взрослым наябедничал, но Марги тут ни при чём! Правда-правда!

Ама оказалось дурой той ещё. На допросе в учительской призналась, почему так получилось. Она от великого ума поспорила с приятельницей, что за неделю перецелуется со всеми мальчишками класса. Победила, между прочим. Никто из ребят не отказался. С кем поспорила, не выдала, на что – тоже.

Неделей раньше наставники вызнали бы все подробности, но при экзаменационной комиссии решили сильно не копать, дабы не выносить сор из избы. В наказание Амку всего-навсего оставили на час после занятий, и только. Правда, что ей в характеристике напишут, одни боги ведают, но стандартного пассажа о скромности и целомудренности ждать точно не стоит.

— Твой отец просит выдать тебе паспорт и разрешение на выезд. Денег принёс для ускорения процесса. Представляешь? Да… Деньги, деньги, дребеденьги… Многих они сгубили. Вот взять ваш кружок… Ты чего дёргаешься? Думали, охранители про вас не знают? Знаем мы, про многих знаем. Хотя не про всех. Так вот. Эвира Хион, твоя одноклассница. Милая девочка, дочка иноземца, привела тебя в кружок… Да ладно! Чего это я?! Ты же за бумагами пришёл. Вот они. Бери без всяких условий и в полночь уезжай.

— Благодарю, ваше благородие. А…

— Ты что-то хотел спросить?

— Эвира… Она…

— Что? Девочка – хороший агитатор, патриотка своей страны… Своей, ты меня понял? Не нашей, своей страны. Вот она и науськивает молодёжь, чтобы устроить беспорядки у соперника её государства.

— Не может быть! Эвира не могла…

— Тихо, тихо. Август, ты чего нервничаешь? Ну, пооткровенничал я с тобой. Может, сказал лишку. Так что с того? Ты же уезжаешь. Надолго. В Колонии. Там люди большие деньги зарабатывают. Вернёшься не скоро, но с состоянием. Если от лихорадки или какой другой болезни не сгинешь. Чего тебе наши здешние дела? Поезжай, молодость пройдёт, зато папин капитал удвоишь. Или не хочется ехать? Пожил бы в столице? А?

— Хочется, не хочется. Какая разница?

— А чего ты добивался, такое сочинение написав? Внимания девочки? Так она тебя забыла. В Колониях ты ей не нужен, а здесь карьеру себе обрубил. Да… Жалко тебя. Право слово, жалко. Видишь, за день документы тебе сделал. Многие за море уезжают, мало кто возвращается.