Книга Кукла. Вернуть и склеить, страница 22 – Слава Ленская

Неужели с ним тебе так хорошо? — спросил он, прищурившись. — Мне с моим парнем просто волшебно! Так что можешь успокоиться и идти на все четыре стороны, — выпалила я, начиная злиться, даже мороженое есть перестала. — Тогда почему я вижу, как ты ревнуешь? — тихо, почти шепотом спросил Дамиан, став в одну секунду серьезным. — Я ревную? Демидас, спустись на землю! Пойми уже, что Вселенная не вращается вокруг тебя. У меня своя жизнь, у тебя своя. И, давай постараемся сделать так, чтобы они не пересекались? Буду очень благодарна, — сощурив глаза, шипела я. — Такого обещать я тебе не могу, — заявил Дамиан, подавшись вперед, нависая над столом и сокращая дистанцию между нами. — Это еще почему? Или тебе доставляет удовольствие портить мне жизнь? Его глаза, которые до этого казались обычными и не выдавали эмоций, вспыхнули тем самым пламенем, которое запечатлелось в памяти. — Не поэтому. Я приехал за тобой. Я хочу вернуть тебя. И никакой твой «парень» мне в этом не помешает, — самоуверенно заявил он. С каждым его словом я вспыхивала и заводилась все больше. Незажившие раны, обида, которую я до сих пор не отпустила, вызывали во мне злость. Хотелось рвать и метать, и сделать так, чтобы этот человек исчез. Раз и навсегда. Из моей жизни. — Я ни за что к тебе не вернусь! Так что спасибо, можешь отчаливать, — я порывалась встать с места, но Дамиан схватил меня за руку. — Я заставлю тебя вспомнить, как сильно ты была в меня влюблена. Такие чувства не проходят так просто. Я уверен, что и сейчас ты думаешь обо мне. — О чем ты хочешь мне напомнить? О том, как причинял боль? Может, о том, как отлично проводил время в клубе с друзьями и с Барби?! Может, о том, как меня шестнадцатилетнюю девчонку притащил в тот клуб, а потом еще и оставил среди обдолбанных маргиналов? Может, о том, что делал меня вечно во всем виноватой? Или о том, как угрожал мне и моим близким? — я замолчала, хватая ртом воздух, потому что выпалила все это на одном дыхании. — Можешь не стараться, я все прекрасно помню, хотя очень надеялась забыть. — Арин, я как раз за этим и приехал. Объяснить тебе все, что тогда происходило. Сейчас все по-другому. Я другой. И хочу объяснить, почему раньше вел себя именно так, — Дамиан сел ровно и отпустил мою руку, а еще говорил так смиренно, что казался честным. — Ты, наверное, забыл, что я больше не мелкая девчонка, которая развесит уши и будет внимать твоим басням. Мне больше не шестнадцать, я повзрослела и кое-что поняла в этой жизни, — снова выпалила я, не желая слушать его оправдания. — И все же, нам нужно поговорить. Если решишь, что мы остались в прошлом и ничего вернуть невозможно, тогда я отстану. Просто поставим точку. Я не хочу, чтобы ты всю жизнь думала, что я только использовал тебя. Ты не была для меня просто красивой куклой, — сказал он. Я даже на секунду растерялась. Он так на меня смотрел, словно ему было очень важно это сделать. Но, вспомнив, кто передо мной сидел, я стряхнула с себя оцепенение и взяла себя в руки. — Я сказала все, что хотела. А твоя альтернативная правда, отличная от моей, мне не нужна. Пожалуй, оставь ее при себе, — выпалила я, даже бровью не поведя. Встала с места и, взглянув вперед, сразу увидела приближавшегося Тима.

Я быстрым шагом направилась к нему. — Что он от тебя хотел? — сведя брови к переносице, произнес он, кивая в сторону столика, где остался сидеть Дамиан. — Поговорить. Только мне этого не надо. Тим, давай уйдем отсюда? — я заглянула в глаза парню и прильнула к нему. Мне нужны были его защита, его тепло. Он, не говоря ни слова, обнял меня и повел на выход из парка. Свидание было напрочь испорчено, и настроение от этого было на нуле. — Как там твои? Что папа хотел? — спросила я, чтобы не думать больше о состоявшемся разговоре с Дамианом, не крутить в голове эти вечные: «А что, если?» — Все в порядке. Просто ежедневный созвон. Он меня только с таким условием так далеко отпустил. Сама же знаешь, ему нужно постоянно держать руку на пульсе, — ответил Тим. Он все еще был напряжен, а мне хотелось, чтобы Тим стал тем самым, с кем мне так легко и спокойно, и с кем я как за каменной стеной. — Может, поедем куда-нибудь поесть? — предложил он чуть позже, когда мы ехали в направлении моего дома. — Мне на сегодня многолюдных мест достаточно, — поспешила я ответить. — Но есть другое предложение. Можем поехать ко мне, туда заказать доставку, что-нибудь посмотрим. — Я не откажусь, — отозвался Тим, и, наконец-то, я увидела, как он расслабился, на его лице мелькнула улыбка. Мне не хотелось расставаться с ним, тем более на такой ноте. Да и одной оставаться совершенно не было желания. К тому же, с Тимом мне всегда было комфортно. И я даже не подумала, что мое предложение могло прозвучать с контекстом. К счастью, Тим помнил о том, что я просила не торопиться, и воспринял мое приглашение правильно. Не было никаких пошлых намеков и поползновений. Мы на самом деле отлично провели время, лежа в обнимку, смотрели фильмы, болтали и смеялись. Тим кормил меня вкусняшками и целовал. Мне нравились его поцелуи. Они были нежными, трепетными, очень милыми. Мне было приятно с ним целоваться. Но… Ни разу я не испытала вихря эмоций. Ни от касаний Тима, ни от его крепких объятий, ни даже от поцелуев, хотя они и становились периодически смелее, откровеннее. И все же, внутри не вспыхивало пламя, не охватывало с ног до головы, вызывая желание почувствовать что-то большее. Но я гнала от себя мысли о том, что у нас ничего не получится. Я просто решила пустить все на самотек. Была уверена, что страсть придет в свое время. — Мне очень хорошо с тобой. Я так рад, что ты согласилась стать моей девушкой, — шепнул Тим, уткнувшись лбом в мой лоб. — И я готов хоть вечность ждать, когда ты будешь готова к чему-то большему. Я кивнула головой, чувствуя, как к глазам подступили слезы. Его слова были такими романтичными и трогательными, что я боялась вот-вот разреветься от умиления. — Я хочу сказать тебе, что давно тебя люблю. Наверное, с первого взгляда. С того момента, когда встретил тебя в подъезде зареванную и несчастную. Ты была такой красивой и беззащитной, что я решил во что бы то ни стало сделать так, чтобы ты была счастлива! Я тебе обещаю, что сделаю тебя самой счастливой! Он шептал мне эти слова, а я так и не смогла сдержаться. Слезы крупными каплями покатились по щекам. И, хотя я при этом улыбалась, никак не могла остановиться. — Ты очень красивая, когда плачешь!