Книга Его предсказанная жизнь, страница 5 – Елена Архипова

Парковая скамейка показалась перед Никитой внезапно. Маленький мальчик, совсем младенец, сидел на ней, свесив ножки. Был он абсолютно голым и почему-то горько плакал. Такая же маленькая девочка с ярко-рыжими кудряшками сидела рядом с мальчиком, гладила его по темным волосам и что-то тихо ему говорила.

Никиту поразило не то, что дети голые. Нет. Здесь, скорее, он сам, в своем деловом костюме, смотрелся странно - в этом необычном густом тумане не было сыро и холодно. Его поразило другое - маленькие дети, считай, младенцы, не могут сидеть вот так на скамейке, свесив ножки.

— Почему ты плачешь? – обратился он к мальчику и присел на корточки рядом со скамейкой, на которой сидели дети.

— Нам сегодня пора выходить в ваш мир, а он не хочет, - ответила вместо мальчика рыжая девочка.

— Ему страшно? – предположил Никита.

— Нам всем страшно, - последовал философский ответ.

— Но ты ведь не плачешь.

— Меня там уже любят и ждут, - ответила уверенно. - Правда, мне не нравится имя, которое мои папа и мама придумали, но, может, они еще передумают, когда увидят меня.

— А как же тебя зовут?

— Дарина.

— Красивое имя, - согласился Никита.

Мальчик, сидевший рядом с рыжей красавицей по имени Дарина, затих.

— А как зовут тебя? – Никита обратился к мальчику.

— Богдан.

— Очень красивое имя, - согласился Никита и с мальчиком. – Почему же ты не хочешь выходить?

— Меня там не любят.

— Откуда ты знаешь? Может, твои мама и папа увидят тебя и полюбят, - попытался разубедить Богдана Никита.

— Не полюбят. Мой отец сказал моей матери пойти в больницу и отказаться от меня. Есть у вас там какое-то страшное слово, я не помню, - Богдан всхлипнул и трогательно провел маленьким кулачком под носиком. - Мама отказалась это сделать, но и не полюбила меня. Она любила моего отца, а он её обманул. Подарил ей меня. Сначала мама была очень рада его подарку. Но потом, когда она рассказала папе обо мне, он дал ей эти ваши бумажки и сказал, чтоб она пошла в больницу.

Никита скрипнул зубами, поняв, о чем ему говорил Богдан, но вслух произнес, убеждая и успокаивая:

— Но ведь твоя мама не пошла. Ты же вот тут сидишь, живой и здоровый.

— Нет, не пошла, но она уже решила, что откажется от меня. Она даже имя мне не выбрала. Говорит, что ей все равно, как меня будут звать другие люди. Я бы согласился на любое имя, лишь бы она не отказывалась от меня, но она не выбрала, - и мальчик снова горько заплакал.

В этот момент послышались чьи-то легкие, почти невесомые шаги – кто-то приближался к скамейке с противоположной стороны.

Никита выпрямился и потрясенно замер от увиденного – к ним подходил некто в ослепительно белой одежде.

Ангел, а это, без сомнения, был он, подошел к скамейке и, не обращая внимания на Никиту, наклонился к детям и по очереди дотронулся указательным пальцем до верхней губы обоих.

Где-то Никита прочитал красивую притчу о том, почему у нас на верхней губе есть желобок. Притча гласила: ангелы, отправляя наши души на землю, касаются нас в этом месте, запечатывая наши уста, чтобы мы не могли рассказать о том, где мы все находимся до того, как приходим на бренную землю.

И вот сейчас Никита увидел этому подтверждение!

— Вам пора! – прошелестел мелодичный голос.

— Богдан, я тебя найду! – выпалил, сам от себя не ожидая, Никита.