Книга Отпустить 10-го, страница 10 – Хлоя Уолш

— Меня?

— Нет, Лиз, не тебя. Папа... Короче, тут все сложно, а ты еще маленькая, не поймешь. — Кива со вздохом погладила меня по щеке и улыбнулась, только лицо было грустное-грустное. — Вырастешь — объясню.

— Нет, хочу сейчас.

— Поверь, не хочешь.

— Ты тоже маленькая, — возразила я, — а почему-то понимаешь.

— Лучше бы не понимала, учитывая, чего мне это стоило. — Говорила сестра тоже грустно-грустно.

— А та тетенька? Она тоже хочет к Боженьке, чтобы не слышать голоса? Как ее папочка?

— Нет. Нелл положили в больницу, и врачи придумали, как прогнать голоса.

— И как?

— Особым лекарством.

— Значит, она поправилась?

— Нет, Лиз, не поправилась, — буркнула Кива, — потому что она его не принимает.

Мне вспомнились лекарства в шкафчике ванной, бутылочка с надписью «Элизабет Янг». Каждый день мама доставала оттуда по таблетке и давала мне.

— Получается, мы с тетенькой обе болеем? — Внутри опять сделалось горячо, веселье улетучилось. — У меня тоже что-то с головой?

Конечно да.

Иначе я бы не слышала голосов.

Каждую ночь они шептали мне на ухо перед сном.

— Нет, глупышка. — Голос Кивы звучал жестко. И сердито. Как папин. — Твои таблетки снимают боль.

— Нет. — Она думает, я не знаю, как выглядят таблетки от боли? — Боль снимают розовые.

Сестра врала.

И мне это совсем не нравилось.

Перед глазами все поплыло.

— Лиз?

— Я тоже их слышу, Кива. — Я вскочила, ощущая зуд во всем теле. — И вижу всякое. Во сне. Монстр хватает меня длинными когтями и тянет вниз...

— Замолчи! — Сестра зажала мне рот ладонью. — Лиззи, не говори так! Никогда! Ты не больна. И не слышишь никаких голосов. С тобой все хорошо. Нас миновала эта дрянь — и тебя, и меня, и папу. Ты обычный ребенок, а твои чудачества скоро пройдут.

Я замотала головой — растерянная, пылающая.

Кожа зудела.

Пальцы превратились в царапки.

Жар распирал горло, норовил вырваться на волю.

— Ты не больна, — повторила сестра, продолжая зажимать мне рот. — Вот и веди себя нормально, иначе закончишь как она.

— Уже приехали? — Я вытянула шею, но груды чемоданов на заднем сиденье папиной машины закрывали весь обзор.

— Спросишь еще раз, и я вытолкаю тебя на обочину, — буркнула сестра, ткнув меня локтем.

Машина была забита под завязку, поэтому нам с Кивой приходилось сидеть, тесно прижавшись друг к другу, ее локоть лежал поверх моего.

— Когда ты молчала, было лучше.

— Кива! — хором возмутились родители.

Она снова ткнула меня в бок, включила плеер и, облокотившись на мою руку, выкрутила звук на полную. В наушниках заиграла «Do They Know It’s Christmas?».

Прищурившись, я тоже пихнула ее локтем, высвободила руку и уставилась в окно.

— Снег! — радостно воскликнула я, глядя, как вокруг кружат белые хлопья. — Мы уже приехали?

— Боже, дай мне сил, — пробормотал папа, а мама тихонько засмеялась.

— Видишь дорожный знак, милая? Посмотри внимательно.

Я завертела головой и наконец заметила на обочине огромный указатель:

БАЛЛИЛАГИН

ГРАФСТВО КОРК

— Вижу! — Я запрыгала на сиденье. — Нам сюда? Мы приехали?

— Почти, — радостно откликнулась мама. — Минут через пять будем на месте.

Я прижалась носом к стеклу и улыбнулась. На землю налипал снег. Очень красиво. На другой стороне парка дети играли в снежки.

— Ты здесь родилась, мамочка?