Книга Партия на любовь, страница 17 – Виктория Арана

Здание смотрело на мир грязными окнами. Оно давно нуждалось в ремонте, но это мало кого смущало. Ни тараканов, живущих внутри на правах полноправных хозяев, ни студентов, научившихся соседствовать с усатыми насекомыми, ни коменданта, ни, собственно, сам колледж.

Я взяла палку и трижды ударила по водосточной трубе. Наш условный знак – если они там, сбросят веревочную лестницу. Нет – пойду дальше. На край расчехлю кредитку, врученную отцом на непредвиденные расходы, и оплачу хостел. Домой возвращаться не хотелось. Совсем не было настроения ссориться с мелким. Боялась наговорить грубостей и испортить отношения между нами. Нужно нормально объяснить ему мои претензии, чтобы он больше так не делал.

Заветные створки раскрылись. Через секунду со второго этажа скатилась веревочная лестница. Внутренне ликуя, я полезла вверх, придерживаясь за трубу. Первые разы было жутко страшно, но потом я привыкла. Так веселее и можно не уходить. Шаг за шагом добралась до нужного подоконника, покрывшись липким потом. Со стороны, может, выглядело просто, на самом деле нужно быть атлетом, чтобы справиться с этой ерундой.

Я схватилась одной рукой за облупившийся деревянный подоконник. Меня тут же потянули за руку, втаскивая внутрь за счет старой доброй грубой силы. Вместе мы рухнули на пол и захихикали. Иногда я задавалась вопросом: а если бы девчонки жили выше, я бы лазила туда? А потом сама же отвечала: ну конечно!

Девочки походили на близняшек. Чуть полноватые из-за питания чем попало, зато мягкие и уютные. Волосы темные, длинные, вечно собранные в хвосты. Они ходили вместе, жили вместе и дружили со мной вместе, будто разделиться для них было самым страшным на свете.

В колледже я была другой. Не такой, как дома или со школьными подругами. Здесь границы нормальности размывались, обязательства давили чуть меньше, как и необходимость вести себя прилично. Тревожность, к слову, тоже доставала меньше.

Где-то в коридоре долбила музыка. Кто-то за стенкой жарил, судя по запаху, луковые котлеты. Мне тут нравилось. Они говорили, что это только из-за моего тепличного детства и юношества.

— Я тут посплю сегодня? – спросила я, разглядывая красных журавликов из бумаги, приклеенных к потолку.

— Пол всегда в твоем распоряжении. – Аня ногой открыла шкаф и пальцами вытянула спальный мешок, который я купила на первую же стипендию.

— Огонь, а то мелкий достал, – сказала я радостно, вытаскивая из сумки вещи.

— На то он и мелкий. – Оля пожала плечами, открывая пачку чипсов – Ну, ничего. Жаль, тебе нельзя жить с нами в общаге. Тут весело. – Она внезапно рассмеялась, а потом так же внезапно подавилась.

— Ну-ну. – Аня уже хлопала соседку по спине.

— Никто же не спорит, у вас реально весело. Вечно что-то происходит, сплошное вдохновение.

— Ага, особенно классно стирать трусы с носками в общей раковине и сушить на батарее, надеясь, что их никто не сопрет. – Аня кивнула, отобрав пачку чипсов, сразу попытавшись запихнуть в рот целую горсть.

Мы замолчали, снова залипнув на журавликов. На самом деле мы могли так пролежать весь день. С девочками здорово молчать. Они никогда и ни за что не осуждали, всегда поддерживали и помогали чем могли. Только сейчас я задумалась, что боялась отъезда Кати и Жени, потому что мы неизбежно отдалимся друг от друга, хотя отдалилась от них первой, стоило мне оказаться в колледже. Надо будет как-нибудь поговорить с ними об этом.