Онлайн книга «Развод. Неудобная жена»
|
Последние слова дались почти шепотом. Мне захотелось провалиться. Потому что так голо и больно я, кажется, еще не говорила ни с кем. Даже с Леной. Даже с собой. Артем не перебил. Не начал утешать. Не сказал глупое «ты достойна лучшего». Он просто произнес: — Это не умерло для тебя. Это у тебя украли без права сказать, что именно забирают. Я подняла на него глаза. И, наверное, именно в этот момент опасность между нами стала почти осязаемой. Потому что он не сглаживал, не спорил, не спорол чушь про сильных женщин, которые все переживут. Он назвал мой опыт так, что мне стало и страшнее, и легче одновременно. — Почему ты так со мной говоришь? — вырвалось у меня. — Как? — Как будто видишь не только факты. Он выдержал мой взгляд. Слишком долго. Слишком прямо. — Потому что вижу, — сказал наконец. У меня что-то качнулось внутри. И если бы в этот момент он потянулся ко мне, я не уверена, что сумела бы отодвинуться. К счастью — или к несчастью — он не потянулся. Только подвинул ко мне стакан воды. Именно этот жест — сдержанный, точный, без вторжения — и оказался опаснее всего. --- ГЛАВА 65 ГЛАВА 65 ГЛАВА 65 Светлана ошиблась второй раз уже к вечеру. И на этот раз куда грубее. Мне написала администратор балетной школы Киры. Очень вежливо, очень аккуратно. Но смысл сводился к одному: «Не могли бы вы уточнить, имеет ли отношение к семье девочки Светлана Игоревна? Сегодня она интересовалась индивидуальными занятиями для Киры и возможностью сопровождать ее на одном из ближайших закрытых просмотров». Я смотрела на экран и даже не злилась. Не сразу. Сначала было что-то другое. Почти изумление. Вот насколько надо быть уверенной в своей власти, чтобы уже лезть не просто в жизнь ребенка, а в ее образовательный маршрут. Лена, прочитав сообщение через мое плечо, коротко сказала: — Все. Она сама себе роет могилу. Я переслала письмо Инне Сергеевне и Марине Олеговне. Потом показала Кире. Дочь сначала не поняла. Потом поняла. И в ее лице что-то изменилось окончательно. Нет, она не закричала. Не разрыдалась. Не устроила сцену. Просто стала очень бледной. — Она хотела прийти на просмотр? — спросила Кира таким голосом, будто внутри у нее что-то осыпалось. — Похоже на то. — Но зачем? Я смотрела на дочь и понимала: это тот самый момент, когда ребенок сам впервые по-настоящему видит неслучайность происходящего. Не «взрослые сложно поссорились», не «папа запутался», не «тетя Света просто добрая». Нет. Системное проникновение. — Затем, — ответила я тихо, — что некоторые люди путают близость с правом заходить дальше, чем их звали. Кира опустила глаза. — Мне от нее противно, — прошептала она. Я не сказала: «я же говорила». Не имела права. Не хотела превращать ее прозрение в свой триумф. Поэтому просто обняла дочь за плечи. И впервые за все это время она сама не отстранилась. --- ГЛАВА 66 ГЛАВА 66 ГЛАВА 66 Слава позвонил сам. Поздно. Почти в десять. Я посмотрела на экран и сразу поняла: либо Светлана уже доложила о своем провале, либо он получил письмо от Инны Сергеевны. Скорее всего, и то и другое. — Да, — ответила я. — Что ты делаешь? — голос был ровным. Слишком ровным. О да. Значит, злится. Сильно. — Уточни вопрос. — Ты запускаешь официальные письма в школу, подключаешь юриста, ограничиваешь общение с дочерью… Ты решила устроить полноценную войну? |