Книга Между двух огней. Второй шанс, страница 7 – Яра Славцева

— Нет, — сказала я.

— Ты уверена?

— Да.

— Тогда почему ты дрожишь?

У меня запершило в горле.

— Потому что он сделал мне очень больно когда-то.

— И ты до сих пор реагируешь.

— Это не значит, что я его люблю.

— Я не говорил слово "люблю". Он поймал меня. Я отвернулась. Проклятие.

— Он опасен? — спросил Артём через несколько секунд.

— Нет.

— Тогда почему ты выглядишь так, будто ждешь удара?

Я не знала, что ответить. Потому что ждала не удара. Хуже. Я ждала, что Дамир снова разломает внутри меня то, что я так долго цементировала.

— Он больше не появится, — сказала я. И сама же не поверила своему голосу. Артём тоже.

— Надеюсь, — произнес он. — Потому что если твой бывший считает нормальным караулить тебя у дома моей матери, у нас сразу возникает несколько проблем.

У нас. Не у меня. У нас. Это прозвучало как предупреждение.

Я сложила руки на коленях, чтобы не было видно, как дрожат пальцы. И впервые за весь вечер мне захотелось не домой, не в душ, не в тишину. Мне захотелось исчезнуть.

---

Глава 6

Глава 6

Ночью я почти не спала. Сначала лежала на спине и смотрела в потолок, пока цифры на электронных часах переползали с часа на час. Потом перевернулась на бок. Потом встала, выпила воды, так и не почувствовав вкуса. Потом снова легла. Потом открыла телефон. Потом закрыла. Потом опять открыла.

Сообщений от Дамира больше не было. И это почему-то нервировало не меньше, чем если бы он писал без остановки.

В голове снова и снова прокручивался вечер. Его лицо за оградой. Его "ты не его". Мой вопрос: "За тебя?" Его взгляд, когда я не ответила, люблю ли Артёма.

Черт. Я сжала виски ладонями. Почему именно сейчас? Почему, когда я только-только научилась жить без этой боли?

Наверное, неправда говорить, что я совсем забыла Дамира. Таких мужчин не забывают как школьную влюбленность. Они остаются внутри в виде ожога, иногда давно остывшего, но достаточно коснуться — и все вспыхивает заново.

Мы были вместе почти три года. Три года, в которых было слишком много всего: города, трассы, жадные поцелуи на парковках, его внезапные исчезновения, мои бессонные ночи, примирения, после которых я клялась себе, что больше ни за что не подпущу его близко, а потом снова тонула от одного его "приезжай".

С ним никогда не было спокойно. С ним было больно, ярко, страшно, сладко, невыносимо. И я любила. Так, как любят только один раз — когда еще не умеют себя беречь.

До того дня, когда увидела, что у него, оказывается, может быть другая жизнь. Не просто другие женщины — к этому я, кажется, всегда была слепа и глупа одновременно. А именно другая жизнь, в которой меня не существовало. Решения, о которых мне не говорили. Договоренности. Исчезновения на недели. Полуправда, вывернутая так искусно, что я потом еще и чувствовала себя виноватой за собственные вопросы.

Наш разрыв не был красивым. Не было пафосной последней точки. Был один день. Одна фраза. И тишина после.

Я ушла сама. А он не остановил. Это и убило.

Под утро я все-таки провалилась в тяжелый сон, а проснулась от звонка в дверь. Соня. Только она умела звонить так, будто дверь должна открыться от силы ее характера.

Я накинула халат и пошла открывать.

— Господи, — сказала она, едва увидев меня. — Ты чего такая?

— Какая?

— Как будто тебя всю ночь били морально.